Страх

Даша ходила в институт, старательно занималась дома, за стенами учебных корпусов ни с кем практически не общалась, скоро почти уверила себя, что ночная электричка и ребята из провинциального Пригорода оказались на её жизненном пути случайно, а теперь исчезли навсегда.

Звонок застал врасплох. Высветись незнакомый номер на мобильном, Даша ни за что не ответила бы на вызов, но это был домашний телефон. Родителям часто звонили, Даша давно привыкла вежливо сообщать, что папы и мамы нет дома, дежурно отвечать, что у них и у неё всё прекрасно.

– Привет! – сказал пригородец (как их интересно надо называть?), кашлянул, как делают люди, когда им неприятно сообщать скверную новость.

– Здравствуй, – упавшим голосом ответила Даша.

Почему-то больше всего занимало сейчас: надо ли говорить ему «вы», всё-таки старше, но таким образом она просто пыталась убежать от страхов, уже начавших растекаться по душе.

– Дашенька, извини, что беспокоим так рано. Наши аналитики вычислили, ну почти вычислили, привычки одного нехорошего человека, наступила пора проверить их выводы на практике. Ты сможешь поработать сегодня вечером?

Его виноватые интонации, стойкое нежелание называть предполагаемый объект охоты страшным словом «маньяк» помогли успокоиться.

– Хорошо. Когда?

– Сумеешь подъехать к семи на остановку возле парка? Там, где большой обувной магазин.

Даша успокоилась ещё больше.

– Я буду.

Дивясь собственной деловитой лаконичности, Даша положила трубку, села на диван рядом с телефонной тумбочкой. В назначенное время уже темнело, но место Григорий выбрал оживлённое, там всегда было полно людей и огней. Вряд ли могло случиться что-то страшное.

Учебники теперь не вызывали ни малейшего интереса, есть тоже не хотелось. Даша решила не притрагиваться к пище. Из фильмов она знала, что с пустым животом при ранении выжить легче. Думая о таких ужасных вещах, она внутренне трепетала от ужаса. Умирать не хотелось. Дура была, что согласилась на совершенно безумное предприятие. Как же, защитят её оперативники! В кино они вечно опаздывают, потом следует вой скорой, череда скорбных лиц.