Чудо

Нужно срочно всё разведать!

– Не нужно, – стянул я ботинки, поняв, что никуда сегодня больше не пойду, и бросил к ним рюкзак. – Не накручивай себя. Уверен, случись беда с кем-то из тех детей, все бы уже на ушах стояли.

Дома заняться было нечем, даже сон не шёл.

Тик-так. Тик-так. Всё те же старые часы в прихожей. Вот бы их выкинуть.

Гррр – моторы проезжающих машин.

«Смерть чудесного ребёнка…» – соседи смотрят новости.

Жжж – муха залетела в комнату.

Кап. Кап. Мама умывалась, чтобы согнать волнение, и плохо закрутила кран.

Я спрятал голову под подушку. Никаких изменений, конечно же. По-прежнему прекрасно слышно. Однако скрип был чем-то новеньким. Хотя бы потому что доносился из-под кровати.

Свесившись на край, я увидел коробку. Очередной подарок от родителей, а ведь я просил обходиться наличными. И деньги уже у меня, так что выжил бы и без бонусов «за премерное повядение и выдающиися зослуги», как предупреждало накарябанное сообщение. Сама коробка была обыкновенной, слегка потрёпанной, но это не объясняло, почему она не попалась на глаза раньше.

Я попытался еë вытащить. Она не поддавалась. На вид не тяжёлая – тут явно какой-то подвох. Я сел на пол, рассмотрел её получше и схватил за расхлябанные бока. Коробка двинулась под моим напором, но секундой позднее отползла на прежнее место.

Руки потяжелели, и по запястьям пополз холод. Не успел я опомниться, как полетел вперёд и едва не впечатался лбом в край кровати.

Биение собственного сердца.

Дыханье под кроватью.

– Не пытайся бежать, братец, – прозвучало, как и не отсюда вовсе.

Не помню, вроде бы я закричал.

Глава 2

Я ходил из угла в угол, пока папа шарил рукой под кроватью.

Не заходил в комнату до его появления и маму тоже не пускал. Сейчас же смелости прибавилось. И уверенности в том, что в дом пробрались. Второй этаж – не десятый, залезть недолго. Даже если взломщик успел скрыться, пока мы метались по кухне, лихорадочно соображая, что делать, какие-то его следы должны были остаться.

– Ну… – Папа поднялся на колени и пожал плечами. – Никого, – а потом добавил нараспев: – Чёрный человек, Чёрный, чёрный…

– Прекращай, – одёрнула его мама. – Это я виновата, – она перестала теребить рукав накрахмаленной блузки и погладила меня по спине. – Не надо было так резко реагировать на новости.

– Он был. Он схватил меня.