Чудо

В полной тишине я наблюдал за тем, как Чонёль прятался к стене, долго вертясь в поисках удобной позы, приподнимал непослушную маску и натирал свою физиономию различными средствами. Когда надоело, я вылез из самодельного панциря, чтобы помочь Мириам перебраться на кровать. Она опёрлась мне на плечи и подалась вперёд. Вот здесь я понял, что она не такая лёгкая, какой выглядела. Опустил голову, чтобы она не заметила моего замешательства, и от внимания не смогло ускользнуть, как зашевелились пальцы на её ногах, когда она поднималась.

Чонёль закончил вечернее припудривание, разлёгся на подушках и уставился в телефон. Я ворочался, нехотя слушая, как он грызёт ногти и тыкает по кнопкам. Вскоре моему терпению пришёл конец и я повернулся к нему, чтобы зарядить пинка или затрещины. Через плечо тенеходца я случайно увидел сообщение от Похитителя Слов. Чей номер был сохранен под таким именем, сомнений не было. Судя по дате, написано незадолго до его смерти. Видимо, сообщения дошли, когда Чонёль забирал чудесных.

Я не хотел читать, но прежде чем зарылся в простыни, которые в душной комнатушке заменили нам одеяла, поймал строчки: «Что-то происходит. Как будет время, заскочи…». Он перелистнул на следующее.

Мне вдруг подумалось, что даже пошли Ирв с десяток сообщений, их невозможно было читать так долго, как делал это тенеходец. Разве что перечитывать, снова и снова.

Натужные храпы Чонёля содрогнули берлогу спустя час. Ещё несколькими минутами позднее он перестал делать вид и действительно заснул.

А вот я не мог. Мешали не столько звуки, сколько моя привычка спать дома в уютной кровати.

Вскоре перестала притворяться и Мириам. Она открыла глаза и пустым взглядом смотрела на стену. Я хотел заговорить с ней, но боялся, что разбужу остальных. Хотя тот же Лейн по этому поводу не переживал. Он напевал себе под нос и выкладывал собранные камни – сейчас делил их по размеру, гладкости и яркости.

Бессонница сводила с ума, и время как назло никуда не спешило. Нужно было занять себя, чтобы не слышать стрекотания «жучков» и стонов под городом.

Я на четвереньках подполз к Мириам и сел на пол возле кровати. С минуту помолчал, прокручивая в голове возможный разговор и давая себе привыкнуть к темноте.

– Почему не спишь? – выбрал я вариант попроще.

На секунду глаза её расширились.

– Не могу. Здесь много тех, кого я не знаю.

– Я тоже, – кивнул я, хотя она навряд ли увидела. – Что ты сказала родителям? Не волнуешься за них?

– Ничего не сказала.