Чудо

– Вроде бы как таинственный весь из себя такой и тому подобное. Думаешь, он отмечен стрелочкой и словами «Сюда! Все, кому не лень!»? Я смотрел по теням. Подобраться я к ним не смог, но где-то в тех местах точно есть поселение, не отмеченное на карте. Вот его-то мы пока и ищем. А там видно будет, то или не то.

На следующее утро я упорно притворялся спящим, сколько мог, а после предложил тенеходцу идти одному. Он был возмущён. Мол, кто ему поможет, если хватит солнечный удар. Да и вообще, не всё же ему одному делать! «Две головы! Две!» – то ли напоминал, то ли ругался он.

Пришлось собираться, и физически, и морально.

Я стоял у окна и наблюдал из-за шторы за мельтешившими внизу людьми, пытаясь придумать очередную отговорку, когда услышал завывания ветра. Он прошёлся по стеклу, и оно зазвенело. Сердце сжалось, словно его уже сейчас вырывают из груди. «Отдай! – Шёпот вместе с ветром летел до самых небес. – Отдай её мне!»

– Он пришёл, – отскочил я к столу. От неожиданности Чонёль выронил сыр, который прятал в рюкзак.

Он мотнул головой, оглядел комнату и резко подался к стене, готовый нырнуть в тень:

– Прямо здесь? Сейчас? Ничего не вижу!

Я вынудил его рассказать о Темыни подробнее. Казалось, нам известно одно и то же, но я ошибся. Никто не знал Темыни в лицо. Чудесные дети, к которым он приходил, чувствовали тяжесть на груди и удушье. Неприятное ощущение, что в комнате присутствовал кто-то чужой, не покидало их с вечера до утра.

– Ты его слышишь, братец, – Чонёль потрепал нечёсаные волосы, – может, потому и видишь? Типа слух становится твоим вторым зрением. – Хотя и назвал про себя его догадки чушью, спорить я не хотел, потому молча пожал плечами. – Я видел что-то, когда вытаскивал тебя из комнаты, но не подумал, что это и есть Темынь. Ты не волнуйся, Лейн, – тенеходец схватился за рюкзак. – Мы этот город мигом отыщем!

Вскоре мы жарились в пустыне.

Мы двинулись дальше.

Я смотрел под ноги, так и не привыкнув к едкому свету. Наши тени плелись за нами, и в голову невольно закрались мысли: как мы выглядели там, в их мире? Ежедневно мы пересекались с множеством предметов, так что наверняка стали чем-то огромным и неуклюжим. С другой стороны, если что-то исчезало, его тень тоже пропадала.