Чудо

– Она же прямо у меня в руках! Эта нашумевшая среди знатоков нечисти книга! Из-за неё сюда и приехали! А что же в итоге? Я должен был… Глупый! Какой же я глупый! – От собственной беспомощности доктор застонал. – Из-за меня была проклята вся семья Сандерсов, – он снял очки и безвольно опустил руку, в которой их держал. – Ты хоть представляешь, каково это? Смотреть, как страдают из-за твоего тщеславия и глупости родные люди? Я искал способ снять проклятье. Хватался за любую возможность. Но… Но пока я гонялся за слухами и призраками, растерял всех близких.

Анна! Моя Анна! Осталась лишь она! Я не должен был! Не должен был позволять вам дружить! Зачем выпускал её одну? На что надеялся? Не надо было тебе доверять! Не надо!

Мои объяснения не доходили до его ушей. Доктор Сандерс нашёл виновного на свой вкус. Вероятно, потому что я был одним из чудесных детей, и доверие ко мне считалось исключительно проявлением лояльности, которая легко сметалась, стоило произойти чему-то плохому. Не обязательно по моей милости.

Я сделал ему крепкого чая и ушёл.

– Анна пропала, – сообщил я в берлоге. – Нужно её найти.

– Мы-то здесь причём? – привстала с кровати Корнелия, но лишь для того, чтобы поправить подушку за спиной. – Завёл себе табун подружек, сам с их проблемами и разбирайся.

– Ким, хотя бы ты будь человеком. Прошвырнись по городу. Тени есть там, докуда не доберётся глаз человека. Сам же говорил.

Секунда – и в берлоге его больше нет.

– До сих пор его по фамилии зовёшь или когда таким образом повлиять можешь? – нахмурилась Королева.

Я предпочёл промолчать. – Всё-таки почему? Почему со всеми ты пытаешься ладить. Вон! Спасаешь непонятную девчонку, а его то и дело унижаешь? – она повела бровью. – Может, это из-за тебя и твоих дурацких замашек из нас не получается одной команды?

– Это не непонятная девчонка. Это Анна, внучка доктора Сандерса, – поддался я на её провокации. – Он, между прочим, сейчас в жутком состоянии. А тебе лишь бы языком почесать. Ким и Ким! Тебе-то что? – Мириам и Лейн внимательно следили за нашим спором, побросав свои скучные дела.

– Корнелия, если не хочешь помогать, хотя бы не мешай.

– Сама решу! – она отшвырнула журнал и вскочила, не в силах усидеть на месте. – Так в чём твоя проблема?

– Не хочу с ним особо дружить, – ходил я из угла в угол в ожидании новостей от Чонёля. – Видеться. Говорить. Нельзя? Бывает, что человек неприятен.

– Сейчас у чудесных детей трудные времена, – встряла Мириам, – и нужно держаться вместе. – Корнелия кивнула.