Храни Волка. История 1

Как же описать этого человека, чтобы передать все впечатление? Ну, пожалуй, стоит начать с того, что врачом у оборотней был чистокровный человек, без намека на дар или хоть какие-то магические способности. И один этот факт говорил многое о талантах данного мужчины.

Слишком сложно обычным людям конкурировать с оборотнями, вампирами и прочими. Оборотни – сильнее любого человека и выносливее. Легко обходятся без еды и воды, могут не спать сутками. У вампиров почти фотографическая память. И на этом фоне человек должен быть по-настоящему гениален, чтобы получить образование и престижное место работы в таком месте, где его признают другие расы.

Наверное, подобные личности есть в каждом из миров, и их легко узнать, по рассеяности в поступках и быту, по одержимости любимой темой, и полной неспособности говорить «человеческим» языком, а от зубодробительных терминов, которыми такая личность изъясняется, у окружающих начинается нервный тик.

Так и Руна я узнала по расхлябанности. Белоснежный, отглаженный халат, но с большим чернильным пятном на втором нагрудном кармане. Скособоченные очки с погнутой душкой, сползающие на самый кончик прямого, красивого носа. Излишняя худоба, из-за чего мужчина больше напоминал циркуль или швабру. Я не врач, но даже свободный халат только подчеркивал, что у этого мужчины можно позвоночник через живот почесать. Прибавим к этому короткие, мягкие, темные волосы с длинной, косой челкой – и станет ясно, почему я едва сдержала улыбку, когда он поздоровался и представился.

Рун рванулся ко мне, но не заметил кресло, влетел в него на приличной скорости, почти упал, едва не воткнувшись носом в мою койку. Ну а через пять минут осмотра я заметила в глазах врача-экспериментатора тот самый блеск безумного ученого, который впоследствии привел к краху уже не одну цивилизацию.

- Отличный отклик на регенераторы… - пробормотал он, вчитываясь в показания приборов, и забыв обо всем.

Слушая его тихое бормотание, я сильно пожалела, что обладаю отличным слухом. Захотелось зарыться под одеяло. А когда он глянул на меня, как на редкую бабочку, на крыльях коей начертана формула вечной жизни, то еще и под матрас.