Дремучий случай

Таким взглядом смотрят матери на своих малышей, которые пытаются сделать первые шаги, но у них не получается, и они снова и снова падают на попку.

— Мы просто живем дальше, — сказала бабушка. — Просто живи. Ты любишь Диму, и он любит тебя. И поверь мне, совершенно не важно, кем вы являетесь друг для друга по родству. Мы просто живем дальше. Запомни это. Иногда обстоятельства складываются совсем не так, как бы мы хотели, но карты розданы, приходится играть теми, что нам достались. Вы с Дмитрием стали не чужими задолго до того, как ты узнал, что он твой отец, поэтому нет смысла накручивать себя и придумывать несуществующие проблемы.

— Спасибо, — искренне сказал я. Мне становилось легче с каждым произнесенным ею словом.

— Не за что, — снова улыбнулась ба. — Ты хотел бы еще что-нибудь узнать о своих родителях?

Если бы она не спросила, я, наверное, постеснялся бы спросить сам.

— Как они познакомились?

Бабушка рассказывала охотно. Мы просидели в парке не меньше двух часов. Я спрашивал все: где познакомились, как часто встречались, куда ходили.

Если бы меня спросили, зачем мне все это, я не смог бы ответить и самому себе. Просто иногда лучше разом выдавить нарыв и оставить его засыхать.

Мне было приятно ее слушать, словно я перенесся назад в детство, когда она рассказывала мне сказки перед сном. Ее голос звучал умиротворяюще. Становилось легко и спокойно на душе, не хотелось, чтобы она уходила.

Я слушал о своих родителях, и мне казалось, что все это произошло очень давно и не с реальными людьми.

— Спасибо тебе, бабуля, — сказал я, — ты мне очень помогла.

— Ну тогда и ты мне расскажи, что там у вас с проклятием? Мы все ждем с нетерпением.

Ее слова меня удивили. Я-то думал, что призраки не хотят уходить.

— Ждете? — уточнил я. — Вы хотите уйти? — А я-то воображал себя исчадием ада, жаждущим отобрать у призраков последнее.

— Конечно. — Она снова посмотрела на меня как на несмышленыша.

— Я думал, вы считаете иначе, — признался я, — что вы привязаны к этому миру. Мне казалось, многие души возненавидят меня, если благодаря мне проклятие будет снято.

— Они все тебя поблагодарят. Это единственное, чего мы все желаем.

Я снова поежился.

— Шел бы ты домой, — тут же заметила бабушка, — совсем околел, губы синие.

— Домой, — хмыкнул я, — а где мой дом?

— Дом там, где нас ждут.