"Тень света"

Опять же – мары эти за кромкой остались, а мы – здеся. Тута. Вот и выходит, что в плане выживания домовой покрепче разных всяких оказался. 

Было видно, что оттаяли немного подъездные, перестали на меня смотреть с опаской. Надо полагать, в старые времена невелик был их ранг в общем табеле нечисти и нежити, и не так-то и просто им приходилось. Годы шли, неприятности подзабылись, а мара сейчас взяла, да им про все нехорошее и напомнила. Кому такое понравится?

Я был уверен, что следом за этим Кузьмич заведет разговор о нехорошей маме мары, но этого так и не случилось.

Как видно, он счел эту тему слишком скользкой и пошел по пути наименьшего сопротивления. Мол – не говорим, стало быть, и нет ничего. Вместо этого аксакал подъездных обрушился на моего слугу.

– Ах ты, паскудник мохнолапый! – процедил он, подойдя к Родьке. – Хозяина чуть не прибили, а он под диван полез! Отсидеться задумал! Захребетник!

– Где я – и где мара? – возмущенно заорал мой слуга. – Чем я хозяину помочь мог? Я ей на кутний зуб, она жевнет разок – и нет меня!

– И что? – загалдели подъездные.

– Теперь нам всем по углам отсиживаться? Ишь, хорош, нашел себе оправдание!

– Хозяин! – со слезой в голосе обратился ко мне Родька. – Ты им скажи, а? Я же прав!

– Ай-яй-яй, Родион, – покачал головой я и отвернулся от него. – Ай-яй-яй!

Вообще-то я про него и не вспомнил бы, но раз уж попался он под горячую руку Кузьмичу, то пусть огребает по полной. Ему полезно. 

– Да гнать его из наших хором! – заявил вдруг Потапыч, махая своим ухватом.

– Пущай идет куда хочет! Вон в четырнадцатый дом пущай идет, они там все такие, как вот этот. Никчемы они там все!

– Это нельзя, – остановил его Кузьмич. – Кроме хозяина, никто его гнать права не имеет. Но лично я с ним теперь разговаривать не жалаю! Тьфу на него! Ох ты, батюшки!

И Кузьмич снова зашаркал своим валенком по полу.

Родька беззвучно плакал, слезинки, величиной с рисовое зерно каждая, стекали по его мохнатой рожице.

– Досточтимое обчество, – я хлопнул в ладони. – А не выпить ли нам чайку? И еще – посоветоваться мне с вами надо по одному делу.

Я ощущал, как в воздухе витают остатки неловкости, возникшей после всей этой ситуации, и понимал, что даже подобная мелочь со временем может перерасти в нечто большее. Все большие неприятности всегда вырастают из маленькой неурядицы. Этого не хотелось, потому что компания подъездных на самом деле мне очень нравилась.