Сказки неназываемых земель

Йоро молчалив, но ему никто ничего и не указывает.

Тем временем Орели навела полог над ними, отвлекающий внимание. Родеберт сбросил меховую накидку на колени, чиркнул увеличившимся ногтем, больше похожим на звериный коготь, по бинтам, и те змеями соскользнули с локтя вниз. Йоро выудил откуда-то сверток с рукой, развернул его и подал Родеберту.

Ри быстро огляделась — но никто в кафе даже не смотрел в их сторону.

Эдду замутило от вида отрубленной конечности, она отвернулась, болезненно скривившись. Орели закрыла лицо руками, тоненько охнув.

Ри, чувствуя больше свою вину, чем отвращение или брезгливость, глаз не отводила. Фаукет помог Родеберту приставить руку на место и тихо произносил какие-то слова, осторожно дохнув на место соединения.

С влажным хлюпаньем, чавканьем и каким-то совершенно мерзким присвистом рука вновь стала единым целым, и Родеберт поднял к лицу ладонь, пошевелив пальцами для проверки.

— Это твои проделки? — сердито зыркнул он на Орну, когда убедился, что все в порядке.

Тот защищаясь поднял руки: мол, зачем мне это.

Ри потупилась, рассматривая свою тарелку. Взяла ложку, поковырялась ею в остатках супа. Отложила. Вздохнула.

— Какого черта, — раздраженно поинтересовался Родеберт. — Для разговора ты позвала нас сюда, так что же? Мы будем дырки в друг друге глазами делать?

Ри покраснела, не зная, как начать.

— Как бы это сказать, — осторожно произнесла она. — Видите ли, я все-таки не Эдда.

— Пха! — сказал Родеберт и сильно грохнул ладонью о стол.

Орели вдруг захихикала, сначала тихо, потом захохотала громче, откинувшись на спинку стула, пока Фаукет, верно, привыкший уже к подобному, не встряхнул ее за плечо, прервав смех.

— Вы не так поняли, — сказала Ри. — Мы тут уже думали об этом. Я не знаю, почему вы охотились за Эддой, но вот Селена сказала Вилу и Орне, что ее надо найти, но не уточняла, зачем.

— Не так, — прервал ее Орна. — Она сказала, где ее найти.

— Ну, пусть. Когда я утром сказала, что я Эдда, я просто хотела сбить вас с толку и потянуть время.

Она шмыгнула носом.

— Я не знаю, кто из нас настоящая. Все-таки Эдда — это Эдда, а я... всего лишь я.

— Как зовут тебя, дитя? Когда ты родилась? — достаточно учтиво спросил Фаукет.

Ри в некотором смятении посмотрела на него, осознав вдруг, что для них она всего лишь незнакомка, человек, о котором они узнали сегодня впервые в жизни.