Сказки неназываемых земель

Они не заметили, как давно пролетело условленное время, и хотя Эдда и Мурху крепко сомневались, что члены Совета придут, тем не менее давешние соперники колоритной группой появились в дверях кафе.

Правда, не через два часа, как говорила Ри, а почти через три, выдержав для чего-то паузу. Орна снял на время заклинание, маскирующее их разговор, Мурху подозвал официанта, и они сдвинули вместе два стола, чтобы всем хватило места.

В тяжелом молчании расселись. Фаукет заказал на всех чай и коньяк для Родеберта. Когда официант принес и установил спиртовку с пузатым глиняным чайником, источающим пряный свежий аромат черного чая и трав, Ри заговорила.

Робко, потому что весь прошлый запал она давно утратила. Но разговор надо было как-то завязывать, и, как ей показалось, лучше с дружественной ноты.

— Скажите, — произнесла она обращаясь к Йоро, сидевшему рядом с Эддой. — Я все хотела узнать, не сложно ли... не боитесь ли вы в таком виде по улицам ходить? Ведь все, наверно, внимание обращают?

Она неловко показала на небольшие рога Йоро, а тот недоуменно ощупал их и повернулся к Фаукету.

— Личина слетела?

— Нет, — отозвался тот. — Все на месте. Скажи-ка, девочка, что ты видишь? Например, вот он.

Он указал большим пальцем на бледного и злого Родеберта, который уже прикончил коньяк и с кислым видом следил, как Орели наливает ему чай.

Ри смутилась.

— Опиши его лицо, — уточнил Фаукет.

— Ну... борода, зеленые глаза, волосы светлые, вот тут, — Ри показала пальцами на щеки. — по три полосы, как от когтей.

Фаукет приподнял одну бровь и оглядел своих соратников.

— У нее истинное зрение, редкая штука, — буркнул Родеберт. — Но не вижу, что это может доказать.

Он хотел было пожать плечами, скривился от боли, и меховая накидка соскользнула при этом неловком движении. Родеберт мгновенно вернул ее на место, но Ри успела увидеть культю левой руки, крепко забинтованную.

— Ты сказал, она прирастет, — встревоженно обратилась она к Орне, а тот меланхолично пожал плечами. — Я думала, вы умеете легко такие вещи поправлять, — повернулась она к Родеберту.

Родеберт вспылил было, но Фаукет быстро осадил его взглядом.

— Попробуй сделать, как она говорит, — тихо сказал Флам.

Ри подумала, что совсем не понимает, какие у них в группе отношения. Родеберт явно привык приказывать, но тем не менее слушается Фаукета. Орели не слушается вовсе никого — на словах, — а на деле вполне себе выполняет все указания.