Петербургский дракон

— Ты хочешь сказать, что Амфисбена умерла от инфаркта миокарда и остановки сердца?

— Возможно.

— Этот яд у меня в крови?

— Не только. В крови и тканях. В пламени, думаю, тоже. Теперь я наконец понял, почему Рональд был в таком тяжелом состоянии.

Феникс сразу подумал о Лиле. Жива ли она? Если он такой ядовитый, то точно убил ее. Юноша помолчал, опустив голову, затем нерешительно посмотрел на Вагуса.

— Ты хочешь что-то спросить? — понял лекарь.

— Вагус… У меня Лиля… Она носит моего ребенка. Это опасно?

— Когда ты успел? Вы долго были вместе?

— Всего неделю.

— Ее наблюдает Гордей?

— Да. Она умрет?

— Феникс, не переживай раньше времени. Все драконы ядовиты, кто больше, кто меньше. Вы были вместе недолго. Яд во время любви не так опасен, как во время битвы с врагом. Ненависть делает его сильней. Кроме того, думаю, есть еще кое-что, что помогло тебе одолеть Амфисбену. Я свяжусь с Гордеем и все выясню. Тебе пора присоединиться к молодым драконам. Занятия давно начались. Иди, иди к своим друзьям, — быстро договорил лекарь, жестами показывая, что не намерен отвечать на какие-либо вопросы.

Вагус выпроводил обеспокоенного Феникса за дверь пещеры, а сам уселся в кресло и задумался. Драконы ядовиты, с этим ничего не поделаешь. Они убивают собственных матерей, любимых женщин и врагов.

Яд потихоньку умерщвляет и самих драконов, особенно в человеческом обличье. Лучше всего от него защищает волшебный камень зурмалин, горящий на груди каждого дракона. Он нейтрализует действие отравы и продлевает жизнь.

Вагус откинулся на спинку кресла и задремал. Сказались бессонные ночи у постели больного.

Глава 41. Полярный поход

Как оказалось, желтый камень зурмалин, созданный великим волшебником Зорком, продлевал жизнь не только драконам, но и обычным людям. Так случилось с американцем Джеймсом Флайером. Разница между драконом и человеком оказалась лишь в количестве отпущенных для жизни лет.

Джеймс Флайер сидел в кабинете своего дома в Чикаго и задумчиво смотрел на старую пожелтевшую фотографию. На ней были изображены бравый мужчина в форменной куртке с меховым воротником и молодая кудрявая девушка в расстегнутом пальто и туфлях на высоком каблуке. Мужчина скалился широко, открыто. Девушка склонила голову к его плечу и улыбалась застенчиво, лишь уголками губ. Одна нога ее была согнута в колене и отставлена назад.