Без пяти смерть

Пропав в недрах кладовой, швырнула в меня плоским кругляшом на веревочке и, закрывая дверь, заверещала:

— Артефакт вот тебе, а на очки требуется подписанное распоряжение с указанием достойной причины замены! А то всякие тут теряют казенное имущество, а мне его брать неоткуда, не напасешься на вас!

Получив артефакт, я отступила обратно в коридор, и дверь захлопнулась. В одном из соседних кабинетов, распугав народ, я добыла зеркало и… И поняла, что полная дура. Магии, необходимой для активации артефакта, у меня по-прежнему не было! Зато в зеркале в полной мере насладилась видом своей распухшей, лиловой морды с глазками-щелками.

— Полечи, а? Кровососы без магии оставили, — вздохнула я, глядя, как поднимается напарник.

Верить, что магию я потеряла, не собиралась. Уннар взял артефакт, и вскоре холодный металл заскользил по лицу. Несколько минут, и боль и отеки ушли. Несмотря на оставшийся в артефакте заряд, себя Уннар лечить не стал: вывих не синяк, если вернется, осложнения будут гораздо хуже.

— Уннар, какого хрена ты вытворил?! — ощутив себя наконец-то цельной и бодрой, вызверилась я на напарника.

— Они бы все равно нас живыми не оставили, а так хоть погань эту проредили…

Я закатила глаза. Скор же он на расправу… Пришлось рассказать, как все потом было. И упомянуть, что встречи со мной хочет отец. Этого я не рассказала ни Ворону, ни Боресену, ни Фарлаху (хотя тут я не ручалась за память).

Стоило подумать о нем, как открылась дверь, являя бледного от усталости Олье и довольного проверяющего.

— Ну?! — от нетерпения я даже привстала, а Олье, рухнув за свой стол, только тяжко вздохнул. — Говори!

— Имя художника — Вальсен Тарг, — вздохнул младший следователь, который явно провел всю ночь в дороге. — Больше я ничего у них не нашел, хотя обежал все это болото и расспросил всех жителей, чуть язык не отсох! В комнате Витары тоже ничего необычного… А картины она малевала и правда красивые, в доме несколько стояло.

Не договорив, он уронил голову на стол и тут же уснул. Что ж, меньше чем за полдня проделать такую работу — это надо родиться с шилом в одном месте, и я это понимала.

— А художник наверняка будет сегодня в опере… — обронил Фарлах как будто в задумчивости, а я насторожилась, заметив скользнувший по мне взгляд. — Иронта?

— Что? — глупо спросила я, не понимая, чего он хочет.