Самая плохая баньши

А ничего, что такая чудовищная сумма накладывает определённые обязанности? Да, я не такая жадная, как Таня Ефимцева, и мозг включать умею.

– Ты что, лепрекон? – вспомнила я персонажа из ирландской мифологии.

Но Эрскина не впечатлили мои новые познания в этой области:

– На себя посмотри, кикимора. Так, не заговаривай мне зубы и слушай внимательно. Сейчас ты воспользуешься своим чутьём, оно лучше зачарованного пера, найдёшь в доме призрака, превратишься в баньши и поймаешь его. Всё ясно?

– Нет. Я же ничего не умею.

Вот как я превращусь? Что для этого надо сделать, какие слова сказать? И как я буду ловить призрака? Гарпуном, сетью, голыми руками?

– Лизбет, не усложняй, – он закатил глаза. – Просто не трусь.

Почти дружеское напутствие вызвало у меня нервную улыбку.

– Давай поступим следующим образом. Я, так и быть, поищу этого призрачного вредителя, но не ради тебя, а ради людей, которые здесь живут. Если ничего не выйдет, ты заберёшь деньги и оставишь меня в покое.

Несколько секунд он о чём-то напряжённо размышлял, кусая тонкие губы.

Наверное, моё наглое предложение поставило его в тупик. Неожиданно. Раньше он закрывал глаза на моё сопротивление.

– Я не любитель сделок, – ответил он мрачно.

– Ага, потому что боишься остаться в дураках.

Раскрутить его, как сказочного злодея, на слабо не получилось.

– Мне некогда с тобой болтать. Иди и сделай, что я сказал.

Приказ гулким эхом повторился у меня в голове. Не успела я опомниться, как ноги уже несли меня к злополучной многоэтажке. Совсем забыла, что у Эрскина есть гипнотические способности! Справедливости ради, пользуется он ими не всегда, иначе мы бы не тратили столько времени на перепалки… Но это не мешает мне на него злиться!

Чувствуя себя неловко, в основном из-за полных денег карманов, я зашла в третий подъезд и вдохнула запахи газет, табачного дыма и невысохшей краски.

Ничего примечательного, и не скажешь, что где-то тут затаилось зловредное привидение.

И что делать? Пройтись пешком до чердака?

Прислушиваясь, я поднялась до четвёртого этажа.

Из одной квартиры раздавался бодрый топот и детский смех, из другой залаяла собака, судя по голосу, большой породы. Ничего похожего на завывания призрака. Или он не должен выть?

Поднялась на пятый, хотела уже было занести ногу над ступенькой, ведущей на шестой, но вдруг развернулась. Не тянуло меня наверх, и всё тут. Либо знак, либо лень. В нерешительности я подошла к двери, обитой старым дерматином, и дотронулась до неё кончиками пальцев.