День Мертвых

Она была словно половина чего-то целого - половина, варварски оторванная, с кривыми, болезненно изогнутыми краями.- Мы едем в Мексику, - Голос Томаса чуть дрогнул на «мы», столь давно не используемом слове, но он все равно надеялся, что прозвучало это достаточно твердо. Кажется, она просто не обратила внимания.- Кира? - Он подошел чуть ближе, положив руку ей на плечо. Она подняла на него глаза - запавшие, больные.- Мексика, - эхом откликнулась она, - зачем?

Он замялся на секунду, все же не зная, как она отреагирует.

- Мне кажется, тебе там понравится.- Мне понравится? - В ее голосе звучало недоумение на грани злости. - Глаза заливать, что ли?!..- День Мертвых, - выпалил он, оборвав ее. - Нигде не признают мертвых, так, как там. Там это праздник, да, но он наполнен...Пару секунд она сидела неподвижно, а потом сорвалась с места собирать вещи.Томас шумно выдохнул и дрожащей рукой вытер со лба выступившие бисеринки пота.

Он не пытался навязать ей свое общество, а лишь приглядывал, чтобы ничего не случилось.

Казалось, среди бурной подготовки к шумному празднику она, блуждая бледной молчаливой тенью, нашла наконец свое место. Во всяком случае, выражение мертвенного безразличия, царившее на ее лице несколько месяцев, сменилось слабым призраком заинтересованности.Они приехали заранее, и впереди у них было несколько дней, чтобы осмотреться и войти в ритм здешней жизни. И решить для себя, хотят ли они оставаться на сам День Мертвых. Эта идея, вначале явившаяся Томасу как единственная ниточка к замкнувшемуся сознанию Киры, теперь уже не казалась ему такой замечательной. Не пытаясь привлечь ее внимания обычными развлечениями, Томас все же старался находиться рядом, и видел, как она меняется. Чем ближе было 1 ноября, тем оживленнее она казалась, но это было нездоровое лихорадочное возбуждение больного. Кира все чаще стала заходить в лавки, скупая изукрашенные к празднику черепа, и даже украсила ими свою комнату в мотеле. Томаса бросало в дрожь от множества смотрящих на него пустых глазниц, пусть и подведенных красной или золотой краской. Кира же, казалось, чувствовала себя среди них на редкость уютно, как в компании друзей. Когда Томас попытался было поговорить с ней на эту тему, то встретил такой яростный и непреклонный отпор, что счел за лучшее удалиться и дальше наблюдать молча.Но самое худшее оказалось еще впереди. Грянул праздник. Яркая шумящая толпа вывалила на улицы, являя собой все ужасающее многообразие смерти.