День Мертвых

До рассвета оставалось еще несколько минут, но серая хмарь вокруг как будто дрогнула, ожидая первых лучей солнца. И словно почувствовав эту перемену, полупрозрачные фигуры, заполнившие все пространство площади Плаза Сокало, замерли на мгновение и с тихим стоном - обиженным? болезненным? - начали исчезать. Не таять, постепенно становясь все менее реальными, а исчезать одна за другой, как будто кто-то невидимый забирал их силой.Не заметить это было невозможно, и она зажмурилась на долю секунды, уткнувшись лицом в его свитер, всем своим существом желая отсрочить момент прощания.

Холодные пальцы коснулись ее подбородка и подняли голову. Бездонные черные глаза, теперь лишенные зрачка, ловили ее взгляд.- Не плачь... - прошептал он, чуть улыбнувшись самыми кончиками губ. – Пожалуйста, не плачь по мне.

Она лишь покачала головой, чуть пожав плечами - ну как же можно не плакать? Как можно не плакать одну ночь в году, несколько минут в году, все остальные месяцы - недели, дни, секунды - храня стойкое молчание?Будто почувствовав, что конец близок, он обнял ее, прижавшись всем телом - и исчез.

С первыми лучами солнца, столь любимого когда-то и столь ненавистного теперь, она ступила на порог дома Пенелопы, на ходу разматывая завязки своей жуткой маски. Теперь нет смысла прятать свое лицо - ее вновь, и еще на год вперед окружали лишь смертные.Неслышно ступая вверх по старой лестнице, она прошла в свою комнату, бережно убрала маску на самое дно сумки и лишь потом рухнула на кровать, забывшись тяжелым, черным сном.

Утром бывало тяжелее всего. Стоя перед зеркалом в своем маскарадном наряде - в том же, что и в ту последнюю для них ночь - она никак не могла поверить, что лишь несколько часов назад его руки касались ее. Ее тела, ее лица. Проводили по щекам, подчеркивая их впалость. Смахивали слезинки с ресниц. Все это было всего несколько часов назад - а казалось, не было никогда.Она хотела, мечтала, чтобы на ней оставались отметины от встреч с ним.

Порезы от столкновений с другими мертвыми, ожоги от его легких поцелуев - что угодно, лишь бы доказать самой себе, что все правда, что она не сошла с ума!.....Но ничего не было. Приходилось лишь верить себе. И помнить, как все было впервые. И верить. И помнить.

**Это была идея Томаса. Он стал заходить к ней каждый день, и не мог видеть, как она исчезает на глазах. А она просто не хотела жить, и он не мог ее винить.