Царевна-лягушка для герпетолога

И где это добро дед вчера прятал? Так, глядишь, еще и скатерть-самобранка в комплекте с чудо-меленкой отыщутся.

Небольшую ручную мельницу я и в самом деле в тот же бабьем закутке нашла, а на плите в летней кухне с явным намеком стояла гигантских размеров сковородка. Блины на такой, конечно, испечь непросто, но какое-то подобие оладушек или гречишных лепешек можно. Набрав пару стаканов крупы, я, вспоминая науку бабы Фроси и занятия по истории народной культуры, сначала засыпала ее в ступу, чтобы очистить от шелухи (и как только я ее вчера без дополнительной обработки сварила).

Потом смолола на ручной мельнице и замесила на простокваше тесто.

Когда я снимала со сковороды вторую или третью партию, откуда-то подошел дед Овтай. Принюхался, поводя из стороны в сторону своим выдающимся носом, потряс бородой, сцапал и отправил куда-то в недра рта один оладушек и одобрительно кивнул.

– Шустра, девка, не только песни горазда петь.

К тому времени, когда я накрыла на стол, взмыленные, но, видимо, довольные результатом Ваня и Лева закончили тренировку и, умывшись у колодца, вернулись в избу.

Памятуя вчерашнюю кашу, которую умяли в один присест, я напекла побольше. Но то ли парни умотались, гоняя друг другу по двору, то ли простокваша и мед, которыми дед Овтай дополнил мою выпечку, утоляли голод куда лучше злаков. Хотя все ели с аппетитом, примерно половина осталась в плошке.

– Вот и хорошо, кивнул головой дед Овтай, доставая откуда-то берестяной коробок и ловко упаковывая остаток. – В дорогу захватите, да еще крупы моей с собой возьмете, чтобы киселя нахлебаться не захотелось.

– Это на Молочной-то реке? – уточнил Левушка.

Дед с удовлетворенной улыбкой кивнул.

– А что не так с этим киселем? – удивился Иван, который к радости мамы и поваров школьной столовой это архаичное блюдо любил и никогда не отказывался от добавки.

– Кто его вкус узнает, память о прошлом утратит и будущего не захочет искать, – посерьезнев, пояснил дед Овтай.

Я нервно сглотнула, вспоминая реку забвения Лету, испробовав вод которой души умерших уже не могли вернуться назад, а старый ведун продолжил свои наставления.

– На волшебном озере тоже поосторожнее, с русалками лучше разговоров не заводите. Защекочут до смерти. Дива тоже не слушайте. Орет дурным голосом, а мозги-то – птичьи! От кота-баюна и то больше толка. С сестрицами-ведовицами из Медного, Серебряного и Золотого царств тоже ухо востро держите. Хитры больно, себе на уме, да в сторону Темной Нави глядят чаще, чем надо.