Старшая школа Йокай 2

Змей угощался крендельками и запивал их душистым сбитнем из литровой чашки. Его движения были плавными и немного гипнотизирующими.

— Досточтимая, — он обратился к великанше, — меня зовут Тахир Аждахарович Тугарин. Я отец Таира. Очень прошу вас поведать, как состоялось ваше знакомство. Поймите меня правильно: не каждый день мне звонят и сообщают, что моего младшего сына украли. Машина в хлам, парни в ужасном состоянии, рассказывают какие-то страхи о косоглазых демонах... Конечно, когда я узнал, что мой оболтус в царстве Кощеевом, я понял, что без личного визита не обойдется.

Томоко слушала его монолог не перебивая. Кажется, этот вежливый обходительный мужчина никак не напоминал ей «сувенир», принесший только головную боль.

Хорошо, что не росла ты, они-тян, в России в девяностые, с тоской подумал я. Когда ОПГ под началом Тугарина Змея кошмарила весь юг страны. По-другому бы смотрела. Кто как устраивался: те, кто жили среди людей, искали себе применение. Кто был побогаче, разъехались по родовым имениям.

Кто остался в царстве — тем пришлось проще всех, считай, и не зацепило вовсе. Но Полкану пришлось тогда поработать, и порядочно: лихоимцев и проходимцев было пруд пруди.

— Тахир Аждахарович, — начала подруга, — меня зовут Танака Томоко. Я этническая японка, в России как туристка, семья Кощеевых позвала меня в гости.

— Простите, что перебиваю, — нахмурился Тугарин. — Константин, я правильно понимаю, что ты по какой-то причине собрал компанию японцев и японок и повез их в гости в деревню?

— Верно, — подтвердил я.

— По обмену в этом году перевелся в японскую школу, у них там весело. Пригласил друзей к себе.

— И чему учат? — Тугарин заинтересовался.

— Многому, — я неопределенно махнул пальцами с зажатым в них крендельком. — Преимущественно всякому обращению с энергией и тому, как нечисти приспосабливаться к жизни в Яви. Очень интересно. И языки заодно легко запоминаются.

— Ох, Моревна, — вздохнул Тахир.

— Как у тебя получается? Все присмотрены, накормлены, учатся не из-под палки. Я со своими уже с ног сбился. Не воспитываются.

— Так, батур, в этом и разница, — улыбнулась бабуля. — У тебя всем заправляет рука мужская, а здесь, сам знаешь, женская. Томоко, милая, продолжай, пожалуйста.

— Так вот, мы поехали сначала в Москву, потом побыли в Казани...

Тугарин чуть не разбил себе лицо ладонью.

— Прости великодушно, красавица, перебью тебя снова.