Щуки в море

— Да, — Тенилла не стала ничего скрывать. — Он просил, чтобы я посмотрела материнским взором на Фетерин… и на миредисль Фансефу, — добавила она со смущением.

— В советницы, значит, предложил? Пятикняжие, только теперь уже благословенное вашим орденом? — усмехнулся Фарлит. — Нилли, девочка моя, ну что ты так смотришь? Это же его мысль и была насчёт Пятикняжия – я с ним часто беседовал. А знаешь, теперь и я не против! Мы, конечно, больше горняки и ремесленники, но и нас симеланцы много чему смогут научить.

— Так. Три уже стали, — подтвердила Лесная Сестра. — И Тасомма непременно станет. Остаётся только Фансефа.

— Хочешь спросить, достойна ли она? — задумался князь. — Мой ответ – да. Не просто же так Финелан полюбил дочь ремесленника! Но пусть она сама тоже даст тебе ответ.

Фансефа появилась где-то через минуту:

— Я уже всё поняла. Да, — она внимательно посмотрела на Тениллу.

— Что ж, ханисетль Тенилла, возлагай регалии на миредисль Фансефу! — усмехнулся Фарлит.

* * *

— Анечка, ну не надо в платье феи, прошу! — убеждала Ната слегка расстроившуюся выпускницу. — Тебя же в нём все запомнят, и фотографии по всей стране разлетятся. Пусть сказка останется сказкой! Зачем на школьном выпускном фея, если там каждая девушка будет сама себе фея? Хочешь, сошью тебе обычное платье, но очень красивое? Я успею за пять часов, не сомневайся.

— Ладно, — нехотя согласилась Аня. — Что, и регалии нельзя?

— Если только что-то одно, — посоветовала Ната. — Только решай прямо сейчас, потому что платье и причёска должны быть соответствующими. Но диадему надевать не стоит – слишком уж роскошно и необычно.

— А если ожерелье?

— Знаешь, можно. Твой окончательный выбор? Тогда шею открываем, а уши, наоборот, закрываем, — Ната взяла сумочку и отправилась покупать ткань на платье.

* * *

— Вот, значит, как… — подавленно произнёс Страж Вихрей. — Такой мудрый правитель умер, а мы о нём и не знали толком… Дальше всех ведь смотрел!

— Да, — согласилась Леренна. — Но главное, я поняла, что Пятикняжие – это уже не фантазии простонародья и не завиральные идеи человека со стороны. Уже приходит время, раз о таком объединении сами князья задумываться начали.