Щуки в море

Порыв за порывом пытался он оголить и этот клочок, но вихрящийся снег, наталкиваясь на препятствие, всё время падал обратно, и в конце концов ветер сдался.

С рассветом дверь дома открылась, и из неё вышли женщина с ведром и девочка с корзинкой, только что записавшая в журнал скромные «2.9». Стуча ногами по мёрзлой земле, они пошли к низкому строению через двор.

— Нисси! — заметив, что на улице мороз, женщина обеспокоилась. — Как ламхинам триамы насыплешь, сразу отцу скажи, чтобы поле посмотрел!

— Доброе утро, о-фенетль! Не надо, я смотрела уже, — послышался женский голос.

— Юлли! — обрадовалась девочка. — Всё хорошо?

— Да, всё в порядке, снег не сдуло.

— Доброе утро, ханисетль Юллия! — повернулась женщина, не забыв украдкой погрозить дочери пальцем. — Опять ты с печеньем? Мне-то оставьте! — она пошла в стайку доить хилетль.

Лесная Сестра постучалась в дом:

— О-фенет, я посмотрела поле. Щиты сработали как надо – снега над хансатом где-то четыре-пять бурамов[10].

— А я-то думал – баловство всё это! — с облегчением пробурчал Паланир, которому всю зиму пришлось не только учиться писать, но и, по личной просьбе Нисталя, делать щиты для снегозадержания.

* * *

— Стыдно сказать, но Лесные Сёстры как-то совершенно не интересовались Гремоном, — с виноватым видом рассказывала Леренна. — В ордене нет ни одной сестры оттуда, ну это и понятно – население очень маленькое. Мы почти все родом из пяти приморских миретаров по Фалонте и Тапалере.

— Месинтар, Ниметар, Фетерин, Тапалон и Ласимель? — уточнила Лариса.

— Да. Есть ещё несколько сестёр из северных княжеств, ну и Меллеан, конечно.

— Кстати, а почему у вас только она из Тинистара? Там же почти миллион человек живёт – неужели нет девочек с даром феи? — удивилась Ната.

— Мы там не ищем и вообще стараемся в Тинистаре не появляться, — тарлаонка зло поморщилась. — Все тинистарцы – фактически собственность мирланеха, он никого не выпускает, а если кто сбежит, то вся его семья попадает в пожизненные повинники.

— В смысле? Он-то чем провинился? — недоуменно спросил Виктор.

— Да ничем, конечно. Просто семья меньше стала – значит, ему за всех отбывать.