Страж: За родню порвать всех в клочья

Я взял смартфон из кармана Тёмы, вызвал полицию, а сам скрылся в темноте, чтобы не тратить время на дачу показаний. Меня, безусловно, будут подозревать, потому что я был рядом. Отдел непременно предстояло посетить, но не сейчас. «Прости, что так бросаю тебя» -- подумал я. Было немного стыдно, но ничего нельзя было сделать.

Я направился к улице Королёва, понимая, что любой из членов моей семьи мог стать следующим. По дороге, на углу 18-го дома рядом с аптекой, я остановился и вышел на мыслесвязь с сойкой.

-- Сойка, Беркуту на связь.

-- На приёме. – Ответила Сойка.

-- Всё тихо? Вас никто не пасёт?

-- Тихо. – Отрапортовала Сойка.

-- Увези домашних в безопасное место, скрой защитной магией. Утренняя атака точно не последняя.

-- Поняла, работаю.

Умница. Теперь дело было за мной. Оставалось выяснить, где был Емельянов. Оторвать яйца хотя бы ему было бы здорово. Когда я потерялся в догадках, пытаясь разработать план действий, на аллейке мигнула фарами знакомая «Победа».

«На ловца и зверь бежит», -- вспомнил я пословицу.

Водитель опустил водительское стекло, и мне захотелось сразу же, с размаху свернуть ему шею ударом кулака, но я не стал. В этот раз он смотрел на меня не так дерзко, вёл себя смирнее пионера на собрании компартии, и боялся лишний раз пошевелиться. Жалко. Вырвать ему золотые зубы было бы славно, чтобы он их не скалил. Странно, что он был один.

-- Готов говорить? – Спросил он.

-- Тёму вы порешали? – Спросил я, положив ладони на дверцу и сжав металл до скрипа.

-- Я в этом не участвовал. – Признался водитель, и аура его не изменилась. – Даже не знаю, о чём ты. Меня послал за тобой адъютант Емельянова, по этому адресу. Скорей всего, Емельянов отдал приказ, да.

-- Ну, вези меня к своему Емельянову.

Я без сомнений уселся в пассажирское кресло и хлопнул дверцей, произнёс:

-- Угрозу почую, сверну тебе башку. Не обессудь.

-- Я водила. Моё дело малое, крутить баранку. – Спокойно ответил водитель.

Он запустил мотор, и повёл «Победу» в глубину квартала по ночным дворам. Краем глаза я заметил, что у дома, где убили Тёму, мерцали проблесковые маячки патрульной машины.

-- Я узнал, что с твоей сестрёнкой произошло. – С чего-то вдруг водитель решил со мной заговорить, и у меня в груди защемило. – Ты дурного не кумекай. Я сам батя. У меня есть дочь. И ты поверь, Власенков-старший на такое не пошёл бы. Он жёсткий штрих, но не мразота. Я давно с ним работаю.