Letum non omnia finit. Часть 2

Кстати, мой вопрос откуда у неё одежда моего размера, немало развеселил женщину. Отсмеявшись, она рассказала, что не зря все эти годы хранила одежду своих сыновей — вещи двенадцатилетнего Антонио мне прекрасно подошли.

Мне выдали свободные спортивные брюки серого цвета и белую водолазку с длинным рукавом. Волосы я зачесала на левую сторону, прикрывая шрамы. Благо, что шрамы на теле благополучно были скрыты под одеждой.

Дебора помогла мне надеть кроссовки и дутую куртку — на улице как-никак ноябрь. Затем я перебралась в уличный вариант инвалидного кресла и и уже на выходе замотала шею длинным вязаным шарфом из лёгкой тонкой шерсти.

А на улице у меня случился когнитивный диссонанс. В Намимори я больше находилась в подсознании Тсунаёши, а в своём теле не прожила там ни одной зимы, так что климат я запомнила слабо. Поэтому ассоциации с погодой в ноябре у меня остались ещё с прошлой жизни — промозглый ветер с моря и температура воздуха не выше пяти градусов Цельсия. Плюс, из-за высокой влажности, температура по ощущениям могла быть на добрый десяток ниже.

Вот только долго глазеть на представителей рода человеческого, я не смогла. Уж слишком жалостливыми взглядами меня награждали проходящие мимо люди. Ну да, как же — такая юная, а уже изуродованная и на инвалидном кресле.

Почувствовав, что во мне вспыхнуло раздражение, я опустила взгляд на асфальт, опасаясь, что не сдержусь и начну фонтанировать пламенем.

Следующее испытание ждало меня в парикмахерской, куда привезла меня Дебора. Молодая, не старше двадцати пяти лет, девушка настойчиво пыталась меня убедить, что ровный срез уже не в моде и, что мне очень даже пойдёт стрижка «пикси» как у Твигги. Я же, прекрасно понимавшая, как ведут себя мои волнистые волосы, упрямо отбивалась. Если меня подстричь короче, чем по подбородок, то мне придётся постоянно укладывать волосы, чтобы они не торчали в разные стороны. Учитывая их цвет, меня вполне смогут обозвать одуванчиком.

В конце концов я не выдержала и попросила предоставить мне другого мастера, который сделает с моими волосами то, что нужно мне, причём желательно без мозговыноса. За работу взялась молчаливая полная женщина, послушно подровнявшая мне волосы, которые теперь были на пару сантиметров длиннее подбородка.

Но даже на этом мои страдания не закончились. В магазине одежды Дебора пришла в ужас, видя, что я откладываю в корзину.