Поговорить об этом

С криком «Не было у нас «бентли» – не хрен и начинать!» он повалился с велосипеда на песок, ударился виском о педальку и скоропостижно умер. Даже карета «скорой помощи» доехать не успела.

Тогда Марьяна слушала всю эту болтовню вполуха. Мало ли о чем умалишенные болтают.

А теперь, глядя на несчастного Димку, умирающего прямо на ее глазах от несчастной любви, разрывалась от жалости к нему и ужаса от того, что предстояло сделать.

Впрочем, она была малодушна.

Она искренне считала, что все в руках человеческих, и нет такой силы, которая может вот так – опп! – щелкнуть пальцами, чтобы враз наступило счастье.

Всем даром, и чтобы никто не избежал.

Счастье Марьяна понимала просто.

Поэтому, стараясь не глядеть на неподвижную Димкину фигуру на диване, Марьяна нагрела на плите два ведра кипятка, перемыла сперва всю посуду на кухне, вполголоса проклиная Лидку – стерву и фифу. После мыла окна, с отвращением отдирая от старых растрескавшихся рам ломкую от старого клейстера бумагу.

В распахнутые рамы било оголтелое июльское солнце, шептались близко, только руку протяни, тополевые ветки, пахло горько, радостно, летел пух, во дворе галдела малышня и орали мальчишки.

Потом стирала белье, кое-как заставив Димку подняться с дивана и переодеться в чистое.

Потом ушла в магазин, строго-настрого запретив ему уходить из дома и пригрозив «прибить, если чего удумает». Димка смотрел на Марьяну стеклянными глазами и ничего удумывать не собирался.

Он вообще, кажется, ее не видел. Или не понимал, что это Марьяна.

Когда она вернулась, Димка все так же лежал на диване лицом к стене и задумчиво водил пальцем по трещине. Услышав звук хлопнувшей двери, шебуршание в прихожей, он громко позвал:

— Лида?

Голос был натянутый и ломкий, как у подростка.

Марьяна поставила в прихожей сумки с продуктами, посмотрела с тоской на пупырчатые куриные ноги, вспоминая, какую очередь она отстояла за этой «синей птицей», мечтая накормить мальчика прекрасным крепким бульоном.

Взяла с полочки под зеркалом вчерашнюю газету, кошелек – и вышла вон.

На перекрестке Садовой и Первомайской, в киоске «Союзпечати», Марьяна купила газету с объявлениями – их теперь много развелось, таких газет, предлагающих услуги на все случаи жизни, от ремонта и перешива старых шуб до похорон и установки памятников «из материала заказчика».