ОСКОЛ. Особая Комендатура Ленинграда

Может, они подкоп тут замыслили в магазин напротив?

Михей стребовал документы и потный слесарь начал рыться в куче спецовок, рукавиц и штанов.

— И ваши, — сказал я сварному.

Парень усмехнулся, ворочая пальцами в нагрудном клапане.

— Здесь наряд и пропуск, — он отдал Волхову корочки, а затем, сняв держак, ткнул в Костю электрическим кабелем.

Если бы Михей успел бахнуть из карабина, все вышло бы по-другому, но этот хрен Собачакин толкнул от стены арматурный хлам. Стальной центнер мигом накрыл Сарафанова. И Руис не мог стрелять — сварщик, держа тело Кости как щит, добился ближнего боя с испанцем.

Я же стоял как дурак, не зная кого выручать: машущего ножом испанца или Михея, восставшего из железной могилы. Однако проблема выбора недолго мучила. Брошенный в середину пирамиды кабель плавил землю желтым пламенем, и вскоре появилась черная тень, подрагивающая маленькими вихорьками. Сгусток тьмы, подпитываемый электрической энергией, превращался в нечто головасто-уродливое, вращающееся над кругом в полу.

По идее, надо было отключить рубильник, дающий силу черному уроду, но я быстро пнул сапогом в ободранную кнопку «пуск» и направил шланг компрессора туда, где секунду назад находилась мерзкая башка.

Не знаю, что подвигло меня. Чужак заимел в середине себя здоровенную дырищу, и, водя шлангом вправо-влево, я кромсал тьму. Там, где воздух резал вне пирамиды, куски падали на пол и червились короткими смоляными стеблями. Быстро-густая чернь, извиваясь, заклубилась туманом.

Дым прибывал, но ему не было места и получалась какая-то дикая круговерть, выплевывающая, то когтистую лапу в чешуе, то живот с глазами, то сросшиеся кабаньи морды или жуткую ногу; нога была сломана, и торчал из нее крашеный белым горбыль, там, где полагается быть кости.

Потом кривляние тьмы прекратилось, и земляной круг втянул в себя так и не сформировавшийся во что-либо дым.

А-а, сука, не нравится! Я тебе и ток обрежу!

Через секунду меня облило смрадной жижей из пирамиды. Мощный фонтан сбил с ног, и я кувыркнулся в дальний угол.

Я попробовал открыть глаз, отдирая жгущую дрянь с лица, и увидел, как переваливаются через границу круга черные блестящие кольца гигантской змеи.