Ветер

Я ей недавно помог, и она была моей должницей, вот и составила компанию, надо сказать, полезную. Если бы не она, то Акварель мне даже дверь бы не открыла.

— И как же зовут твою полезную спутницу?

— Лена Писарева.

— И она ни о чем не догадывается?

Вот и оставайся после этого необидчивым. Он что, меня за идиота принимает?

— Нет, — все же пришлось отвечать, — я ей сказал, что работаю в службе социальной помощи.

Но допрос продолжался:

— И она поверила?

— Думаю, да.

— Хорошо. И когда посетите Акварель снова?

— Завтра, наверное, — я пожал плечами.

— Может, послезавтра.

— Хорошо, — как робот, в третий раз повторил Захар. — Продолжай. У нас тут появилось для тебя кой-какое дело, но, думаю, мы решим завтра, что и кому делать…

Его взгляд мне ой как не понравился. Настороженный такой, таинственный и одновременно виноватый, будто хочет сказать мне нечто очень важное, но тянет время.

— Что-то стряслось? — насторожился я.

— Ты всегда такой любопытный? — мой наставник зачем-то прищурил левый глаз.

— Ага, — отмахнулся я, — но это не по теме.

Рассказывай, что там у вас, не тяни.

— Ладно, — сжалился он. — Сегодня наши агенты принесли очень ценную информацию. Теперь нам известно имя Темного Властелина, которое мы так долго не могли узнать.

— И как же его зовут?

— Ее, — многозначительно поправил Захар.

— Это женщина? — изумился я.

— Да, и она бессмертна. Ей около ста лет, она родственница предыдущего Властелина, но годится ему во внучки.

— Господи, сколько же лет было тому?!

— Много, — Захар не стал вдаваться в подробности.

— Борьба за власть продолжалась очень долго. Дело в том, что Властелина не выбирают. Проводят особый ритуал, уж не знаю какой, но в ходе него становится известно имя будущего властителя. Теперь Властелин — женщина. Это впервые. А потому многие были против.

— Так как же ее зовут? — не утерпел я.

— Кристина Темникова. Запомни хорошенько и не забывай.

— Ладно. Но это не все, верно?

— Верно. Не все черные маги согласились с тем, что Темникова стала Властелином.

Один маг, некто Брагин Игорь Игоревич, называющий себя Брагосом, не пожелал считаться со своей госпожой, так как сам рассчитывал получить это место.

— И что же?

— Можешь меня не перебивать?! —взвился мой наставник.

Чего он так взбесился, я не понял, но поднял руки в знак капитуляции.

— Ладно-ладно, — я бы и сам сейчас повозмущался, но мне было слишком интересно то, о чем он рассказывал.

— Так вот, — продолжил Захар. — Этот Брагос ведет подрывную деятельность.