Наследник древней силы 4. Вражда

– И тут мы возвращаемся к тому, что центральный правитель должен быть символом могущества и силы. Поскольку князья и бояре уважают только это. Вот и думай.

– Да я думаю... – вздохнул я. – Посмотрим. Не будем загадывать наперёд, тем более когда такая жопа вокруг.

– Ага. Сейчас и Чарторыйские на границу с Псковской областью войска стягивают, и УСФ, боюсь, захочет под шумок забрать спорные территории.

– А они на новгородскую землю могут сунуться? Или их только юг Урала интересует?

– Да чёрт их знает. Спорные территории на юге, но сам понимаешь.

– Это да, – вздохнул я.

Мы замолчали. Воцарилась тишина. Тикали часы на стене, за окнами шелестели листвой осины. И вдруг я почувствовал близкую опасность, словно из сада за мной кто-то наблюдает, готовясь убить.

Поднявшись с кресла, я подошёл к окну и стал пристально осматривать местность. В голове – дикое желание схватить карабин, что стоял в спальне в шкафу. Без оружия в руках ощущалась какая-то нелепая беспомощность. После армии такое было постоянно. Потом как будто прошло, и вот опять.

Во дворе, конечно же, никого не оказалось. Я задумчиво почесал щёку со шрамом, оставшимся после ранения осколком. Беспокойное ощущение ушло.

– Всё нормально? – спросил Николай.

– Да, конечно. Просто давай о чём-нибудь другом поговорим.

– Я всё это к тому, чтобы ты не засиживался тут. Семье может понадобиться твоя помощь, да и Новгороду – тоже.

– Ага, я понял. Посмотрим.

Дальше разговор пошёл о делах насущных. Николай рассказал, что творится в родовой корпорации, но за последние три недели там ничего интересного не случилось.

Вспомнили мы и дядю Гену. Несмотря на усилия наших адвокатов, он всё ещё находился в тюрьме. Но теперь с ним хотя бы можно было держать связь. Месяц назад я с ним общался. Дядя Гена оптимизма не терял, говорил, что не так уж ему и плохо живётся. Он обрадовался, когда узнал, что Валера стал воеводой боевой дружины вместо одного из наших стариков, поздравил меня с помолвками и выразил надежду, что у меня будет куча потомков, которые сделаю наш род ещё более сильным и многочисленным.

Мы с Николаем общались до самого ужина, пока Ира не позвала в столовую. Там нас ждал пирог. Я и брат накинулись на него, словно после месяца голодовки, и стали поглощать, попутно нахваливая наших жён, которые не поленились и собственными руками состряпали такую вкуснятину.