Наследник древней силы 4. Вражда

Ещё три недели назад, когда я уезжал из Новгорода, там было всё спокойно. А потом началось. Голицыны опять принялись мутить воду, и теперь они вернули себе власть, поубивав кучу народу. Прежний канцлер бежал, а на его место посадили Николая Голицына – бывшего советника канцлера.

– Мы все как на иголках, – сказал Николай. – Ростислав готовится в любой момент дружину мобилизовать. Ах да, тут весть разлетелась, что главу княжеской думы убили. Не знаю, правда или нет.

– Бориса Безбородова? Вот же сволочи.

– В новостях не пишут. Может, враньё. Но положение щекотливое.

– Но как? Не понимаю. Как Безбородовы так облажались? Ведь у них всё было продумано, на их стороне были главы родов, ГСБ, большинство князей поддерживало их.

– Большинство – это сильно сказано. Перевес был мизерным. Многие оказались не в восторге от нового канцлера. Думаю, если б избрали тебя, такого не случилось бы.

– И всё равно не понимаю. Неужели за Голицыным ещё кто-то следует после того, как они так мощно обосрались осенью?

– Это самый сильный род во всём СРК.

Ситуация выглядела поганее некуда. Ещё осенью казалось, что Голицыны раздавлены, что владимирские князья потеснили их и этому роду больше ничего не светит. Но не прошло и полгода, как Голицыны вернули утраченное положение и ещё больше укрепили свои позиции. А значит, и нам, как их главным противникам, теперь не придётся спать спокойно.

– Хреново, – описал я одним словом всю плачевность ситуации.– Будем надеяться, что Ростислав под них не прогнётся.

– Не, Ростислав намерен стоять до конца, – покачал головой Николай. – Он, как я слышал, о чём-то договаривался с командующими военных частей в нашем княжестве, и развернул пропаганду среди населения. Если Голицыны хотя один косой взгляд кинут в нашу сторону, боюсь, Новгород просто-напросто объявит о своей независимости. И скорее всего, к нам примкнут другие.

– Псков?

– Ну да. Чудские хоть и отвалились от нас в прошлом веке, но судьбу Галицко-волынского княжества они разделить не желают.

– Опять кто-то рвётся к власти, и опять льётся кровь. Когда это закончится, скажи мне?

– Когда у руля окажется тот, кто найдёт баланс между всеми сторонами.

Я скептически хмыкнул:

– Или пока каждый не перестанет тянуть одеяло на себя. Впрочем, и то и другое маловероятно.