Куда приводят сны

Она была чуть моложе него, с тёмными вьющимися волосами чуть ниже плеч и серо-зелёными глазами — довольно симпатичная, но профессиональная улыбка давалась ей как будто через силу и потому особо не красила. Вообще, во всей её фигуре и лице читалось какое-то напряжение, затаённая печаль, некая печать горя.

Оставшись в магазине один, Эрик спросил у неё совета, что подарить девушке, которая от него ушла, чтобы попытаться её вернуть. Эмма без задержки ответила: конечно же, розы, алые, и побольше. Эрик попросил завернуть ему тридцать штук, и от него не ускользнул вздох Эммы.

— Вашей девушке очень повезло, — сказала флористка. — Думаю, она вернётся.

Эти слова звучали менее натянуло, чем то, что Эмма говорила предыдущим посетителям — похоже, она немного позавидовала такому подарку, и Эрик почувствовал «место для входа». Он расплатился, поблагодарил её, дошёл до двери, а потом внезапно вернулся и вручил букет ей.

— Знаете что, мне показалось, что Вам он нужнее. Если честно, надежды было мало, она ушла к другому, и ей без меня хорошо.

А Вы такая грустная. Мне хочется Вас развеселить.

Эмма растерялась, захлопала глазами, засомневалась, но потом всё-таки профессиональная этика победила, и она сказала, протягивая букет назад:

— Нет-нет, что Вы, я не могу это принять, — хотя голос её звучал совсем неубедительно. — Мне, правда, нельзя, — добавила она, словно оправдываясь.

— Ладно, — легко согласился Эрик. — Тогда давайте так. Сделаем возврат, а я вместо этого поведу Вас в какое-нибудь красивое место поужинать.

Без всяких задних мыслей, правда. Вы очень приятная девушка, и такая добросовестная. Может быть, Вы вернёте мне веру в женский пол.

Щёки Эммы зарделись от смущения, она явно не знала, что ответить — видимо, понятия о приличиях требовали отказаться или хотя бы засомневаться в его мотивах, но жест с розами её подкупил, да и сам он понравился, так что Эрик «подсёк рыбку»:

— Во сколько Вы заканчиваете работу?

— В восемь.

— Отлично. Тогда я за Вами заеду?

Она только и нашлась, что кивнуть.

Эрик быстро покинул магазин, не забрав ни денег, ни цветов, чтобы не дать ей шанса передумать. Эмма выскочила за ним, но он, не оглядываясь, сел в машину и уехал. Однако в зеркало заднего вида ему показалось, что на этот раз Эмма улыбнулась искренне — сама себе, когда поняла, что его не остановить.

Ну что ж, дело почти в шляпе. Теперь оставалось только как-то красиво вывернуть на вопрос с дядей и картинами.