Перевёртыши. Часть 2.

— А что вы скажете на это, Глава Дома? Надеюсь, мы здесь услышим правду?

Матушку будто ядовитый паук укусил. Она резко подняла голову и дерзко посмотрела в глаза Верховной.

— Что ж, я скажу правду. То, что здесь написано, и есть правда. Да, я хотела вас свергнуть, потому что вы никогда не относились ни ко мне, ни к моему сыну с должным уважением! Вы всегда унижали меня, утверждая, что я не гожусь на роль Советницы, что сопливая девчонка справляется с этим лучше меня. Разве есть кто-нибудь в этой стране, кто больше, чем Кан достоин титула Хранителя Печати? Как вы могли отобрать у него то, что должно принадлежать ему по праву рождения? Кому вы собираетесь отдать этот титул? Что ещё вы собираетесь отобрать у моего сына? Зачем вы пригласили сюда моего отца и моего брата? Вы хотите отдать титул моему племяннику? Чем же Рас лучше моего сына? Кан — по крови принадлежит Хранителям, как же вы можете игнорировать его права?

Кан тщетно пытался остановить матушку, но её уже понесло.

Огорчило и то, что ни Верховная, ни Дознаватель, ни даже Военный Глава никак не показали свое удивление, будто они ждали именно этих слов. Когда матушка высказалась, в зале ещё какое-то время стояла тишина, будто спрашивая, не хочет ли она ещё добавить себе вины? Наконец, заговорила Верховная.

— Это всё, что ты хотела мне сказать? Если я правильно поняла, ты затеяла государственный переворот, чтобы добиться своему сыну титула Хранителя Печати. Это так? — голос у Верховной усталый, но решительный. Как будто она выполняет очень тяжелую, но неизбежную работу.

— Конечно! Никто не подходит на это место больше, чем он!

— Хорошо. Теперь ответь — разве мы когда-нибудь обсуждали с тобой будущее Кана? Разве я когда-нибудь говорила, что он не достоин этого ранга? Или что я сомневаюсь в его способностях? Если мы и говорили с тобой о чем-то, кроме обустройства каких-либо событий, так это о том, что ты не можешь занять место Советницы. Для этого тебе не хватает ни рассудительности, ни государственного взгляда.

Все твои поступки продиктованы твоим личным хотением.

Ты даже Кана никогда не спрашивала, а хочет ли он такой заботы? И с такими взглядами ты решила, что можешь стать Верховной правительницей? А что будет со страной, тебя не беспокоит? Особенно сейчас? В такой трудный для державы период, ты решила насыпать нам песка в постели?..

Я считаю, и всегда считала, что именно Кан — лучший претендент на Печать. И я собираюсь отстаивать это во время Испытаний.