Нарисовать чудо

Туфельки у нее были одинаковые — демоница дала свои. Правая правда, была немного поношеной, зато левая совсем новая. Сама демоница шагала рядом, левое копыто цокало по асфальту. На правой ноге был надет пушистый домашний тапок, такой милый, что Варше захотелось немедленно обменяться. Но конечно, она промолчала — милые тапочки, пожалуй, только отвлекали бы ее.

Они остановились около ворот Академии. Дальше была короткая аллея и высокое крыльцо, до которого прошлый раз Варша не дошла.

— Дальше сама, — сказала демоница.

— А… — растерялась Варша.

— Амулет, — ответила демоница, и Варша стиснула в кармане черный камешек со зловещим красным огоньком в глубине. Совсем как глаза демоницы.

— А если… — спросила Варша снова.

— Держись за амулет, и спокойно иди. Как мимо столба, — ответила демоница.

— А что я должна… — спросила гоблинка, — ну, за все вот это…

— Я потом что-нибудь придумаю, — ответила демоница.

Варша нахмурилась.

— Желание? — уточнила она.

Демоница ухмыльнулась.

— Когда ты научишься, и сможешь его выполнить, — ответила она.

Варша подумала, потом вспомнила, как была готова отдать демонице братьев, покраснела и кивнула.

— Иди, — сказала демоница, и Варша пошла.

Рукой она непрерывно сжимала амулет в кармане, носик гордо вздернула, и шагала твердо и решительно. И никто не посмел ей помешать.

Демоница смотрела ей вслед до тех пор, пока гоблинка не скрылась в дверях. Потом вздохнула, провела пальцами по застежке своей рубашки, задержавшись на секунду там, где была оторвана пуговица.

Черная пластмассовая пуговица. С блестящей красной точкой в середине.

Запереть дурака

Шаги гулко бухали в каменном подземелье, эхо металось, отскакивало от низкого потолка. Казалось, идёт человек восемь, а то и больше. Десять, сто... целая армия печатает шаг, грозно и страшно.

Но Рыжий понимал, что армия не поместилась бы в эти узкие коридоры.

В оконце лязгнуло, и появилось лицо. Не целиком — оконце было слишком маленьким, только нос, один глаз и кусочек бороды.

— Моя ловушка от воров сработала! — голос скрипел и скрежетал, и тоже метался эхом от каменных стен.

— Я не вор! — плаксиво ответил Рыжий. Хотел сказать спокойно, а получилось вот так.

— Ага, ага, — затряслась борода в оконце. — А я император Горбылагна. В изгнании.

И захихикал.

Рыжий хлюпнул носом.

— Я хотел учиться, — сказал он.

— Значит, учиться? — голос вдруг стал серьезным и строгим. Борода немного отодвинулась от окошка, и хозяина стало не видно совсем.