Нарисовать чудо

Большой плюшевый заяц сидел рядом с входом, наверное, охранял. Николай ожидал увидеть там льва — Юрка как-то говорил, что вход сторожить должен «стлашный лев», но видимо, окончательный выбор оказался в пользу старого, облезлого и любимого зайца.

В сам «дволец» заглянуть было невозможно, разве что свет включать, и Николай только покачал головой и поставил большой пакет с конструктором на пол.

«Боже, пусть Вика выздоровеет! — подумал он. — Я не смогу Юрке сказать…»

Но Вика лежала где-то в больнице, и не реагировала на прикосновения.

Дышала. Немного дергала рукой, если кололи иглой. Немного дрожали глаза под веками от яркого света. И все.

Медсестра смотрела с профессиональным сочувствием, доктор еще два дня назад сказал так скользко и непонятно, что стало ясно — надежды мало. Сыпал множеством умных медицинских слов, которые для Николая звучали заклинаниями. С тех пор Николай не видел его, но и так ясно было, что ничего толком не изменилось.

Он тихонько прикрыл дверь и пошел к себе.

***

Теперь во дворе стояли гвардейцы, а вход охраняло настоящее чудовище — голова с огромными ушами поднималась выше окон второго этажа.

Но Юрка не боялся чудовища — так же, как и львиные морды на дверях, оно было добрым. Гвардейцы тоже не пытались помешать мальчику — они стояли неподвижно, и только взглядами провожали его, пока он шел к огромным дверям.

Внутри почти ничего не изменилось. Тот же коридор, ковер, доспехи и алебарды. И в конце — лестница. Юрке стало тяжело идти, теперь он двигался, словно сквозь воду.

Медленно и размеренно. Шаг за шагом.

Вот он поднялся на первый пролет. В широком окне пылало закатное солнце, такое алое, какого Юрка никогда в жизни не видел. В глубоком синем небе плыли розовые облака. Он постоял с минуту, любуясь невероятной красотой. Отсюда казалось, что если прыгнуть прямо в окно, то за спиной сами собой развернутся крылья, воздух подхватит, тело станет легким-легким, и он полетит куда-то туда, в простор, в закат. Только этого пока нельзя было.

***

— Юрочка, что же ты? — спросила бабушка.

— Пошли обедать!

Ее даже немного беспокоило, с каким увлечением малыш играл. Тихо, сосредоточенно и как-то маниакально.

— Сейчас, баба, — ответил Юрка и сразу встал. Посмотрел на свое творение, кивнул каким-то своим мыслям и побежал мыть руки.

Екатерина Михайловна посмотрела ему вслед и вздохнула. Снова неодобрительно посмотрела на «дволец» и снова вздохнула. Что еще ребенку делать? Мать в коме, отец бесконечно на работе.