Пустодомка

– Дядь Захар, давайте, я вас домой провожу, темнеет уже! – предложила Мария Александровна, испепелив брата взглядом.

– Ой, Машенька! Ты же моя дорогая!

Горький пьяница Захар был не шумным и спивался тихо, в одиночестве. Раньше он слыл умницей и мастером на все руки, вот только в последнее время эти золотые руки все чаще тряслись.

Выпроводив его, наконец, Мария Александровна вернулась в теплую светлую комнату и села за неубранный стол, начала катать по клеенке хлебный шарик.

– По-твоему, надо дом просто бросить, пусть разрушается? – устало спросила она брата.

Тот поглядел на закуток за занавеской. Дети только что обнаружили на двух косяках старые метки роста и теперь веселились вовсю, сравнивая себя с родителями.

– Мам, а я тебя выше! Там твоя черточка есть на 13 лет! – радостно крикнула ее дочь.

Взрослая женщина стиснула зубы, стараясь не разреветься.

– Слушай, я тоже не железный, – проговорил Иван Александрович, трогая сестру за руку. – Но пойми, если даже и продадим дом, его все равно снесут и построят новый.

Она кивнула, однако смогла выдавить последний аргумент:

– Их тут только двое останется на зиму – баб Нюра да дядя Захар.

– Ну, знаешь, у них свои родственники есть, пусть о них и думают. Если уж такая добрая, можешь переезжать сюда с Сашкой и жить – и зимой, и летом. Кажется, на такое ты не способна? Тогда о чем речь?

Мария Александровна посмотрела на брата внимательно. Когда он успел стать таким? Рассудительным, жестким, и, самое ужасное, всегда правым. С ним теперь невозможно спорить.

В дверь постучали.

– Мам, мы погулять! – заявила Сашка, выскакивая из закутка и набрасывая куртку.

В дверь постучали еще раз.

– Глянь заодно, кто пришел, – проговорила Мария Александровна, упорно отвернувшись к окну. Там уже почти стемнело. Мертвые дома выстроились вдоль улицы как привидения, ни одного огонька.

– Да иду я, иду! – крикнула Сашка в ответ на третий стук и захлопнула дверь, которая отделяла теплую часть дома от холодных сеней. Кузен рядом все возился, у него застряла молния.

Наконец брат с сестрой отворили дверь на улицу. Ночной холод сразу ворвался в сени.

У порога топталась кучка детей. Все были наряжены в костюмы, вроде как под старину, а двое даже бороды себе прицепили. Один держал за веревочку небольшую тележку на колесах, на ней красовалась огромная тыква с горящей свечой наверху.

– Ой! Хэллоуин! – запищала Сашка.

– Вот это класс! – удивился кузен. – А ты говорила, тут детей нет.