Можно ли обижать мальчиков (сокращённый вариант)

Кроме своего имени Слава ничего из личной жизни не помнит. – вмешалась Мария Степановна.

Не обратив никакого внимания на реплику врача, следователь засыпала меня ворохом вопросов:

– Где вы живёте? Кто ваши родные? Вы учитесь? Где? Что с вами случилось? Где это произошло? Вы хоть что-то можете нам сообщить?

– Извините, но я и правда ничего не помню. – пожав плечами, сообщил я растерянным женщинам при исполнении, глядя на них максимально честными глазами. – Если вы мне всё это расскажете, буду вам очень признателен.

– Не знаю, что и сказать! – пробормотала, разведя руками, Татьяна Викторовна. – У меня такое в первый раз.

– В жизни всё когда-то случается в первый раз. – изрекла стоявшая до этого молча Валентина Николаевна.

– Мне нужно официальное медицинское заключение о потере мальчиком памяти. – после недолгого раздумывания обратилась капитан к Марии Степановне. – Вы готовы его дать?

– Конечно! – подтвердила врач.

– Хорошо! – махнула рукой Татьяна Викторовна, обернувшись к сержанту. – Тогда напиши так: на последующие вопросы об идентификации личности, адресе проживания, месте, времени и обстоятельствах происшествия, потерпевший – Елизаров Вячеслав Александрович – ответить не смог, ссылаясь на потерю памяти, которая подтверждается врачом Пензенской областной клинической больницы Кочур Марией Степановной, являющейся одновременно временным попечителем потерпевшего.

– Если Мария Степановна не против такой формулировки, – вопросительно обратилась следователь к моей попечительнице, отрицательно качающей головой, – то подойдите, пожалуйста, и в конце протокола после фразы: «Со слов моего временного подопечного – Елизарова Вячеслава Александровича – записано верно», проверьте дату и подтвердите свою личность.

Что Мария Степановна и сделала, приложив к куску стекла, который ей протянула сержант, большой палец правой руки, в которой был зажат ещё и её телефон.

Вот это номер! Если я правильно всё понял, то приложив палец к этому непонятному стеклянному устройству, Мария Степановна идентифицировала свою личность с помощью дактилоскопии.

Я думал, что на этом всё и закончится. Однако капитан, после подписи, сделанной Марией Степановной, уходить не стала, а взглянув на неё, произнесла:

– А теперь мы попытаемся произвести идентификацию личности потерпевшего через наши базы данных. Поэтому, с вашего позволения …

Мария Степановна снова кивнула головой.