Можно ли обижать мальчиков (сокращённый вариант)

Может заметив мой взгляд, или, что более вероятно, услышав характерные звуки, Мария Степановна, извинившись перед своей собеседницей, поднялась и, велев мне не прерываться, вышла из комнаты.

Впрочем, отсутствовала она недолго и вскоре вернулась, неся перед собой полностью заставленный поднос с парящими столовскими блюдами, благоухающими приятными ароматами моего сегодняшнего обеда:

– Как и в тот день, когда ты полностью пришёл в себя. – грустно улыбнувшись, произнесла она, расставляя всё на столе.

И, заметив, что я что-то хочу сказать, жестом руки не дала мне этого сделать, пояснив:

– Не отвлекайся.

Я кивком головы подтвердил, что понял её, и начал процесс совмещения, потратив на него следующие двадцать минут тестирования. После их окончания Мария Степановна собрала пустую посуду на поднос и, забрав всё, снова вышла из помещения.

Вернулась она за пять минут до окончания процесса тестирования, когда я уже просто нажимал в ответ на все вопросы на надпись: «Пропустить».

Как и было обещано ровно в пятнадцать ноль-ноль моё истязание автоматически прекратилось, что проконтролировала дотошная чиновница, и мне наконец-то разрешили выбраться из-за стола. Пока я разминал затёкшие от долгого сидения поясницу и ноги, Вероника Сергеевна попрощалась с нами и покинула место моей экзекуции.

– И в какой же класс меня теперь определят? – спросил я Марию Степановну, когда мы, как и в прошлый раз, поднимались вместе на лифте в отделение терапии.

– Пока не знаю. Вот обработают результаты тестирования, сообщат мне, тогда я тебе и скажу. А в какой школе ты учился? – вопросительно глянула на меня целительница.

– Не помню, Мария Степановна. – вздохнул я. Снова меня едва не подловили на элементарном вопросе.

– Ну, не расстраивайся. – погладили меня по голове. – Теперь всё у тебя будет хорошо. Я об этом обязательно позабочусь.

– Спасибо вам, Мария Степановна, за вашу заботу! – искренне поблагодарил я.

– Беги в палату и собирайся. – быстро поцеловав меня в макушку и вытолкав за порог лифта, Мария Степановна почему-то отвернулась, нажимая кнопку своего этажа. – Я за тобой зайду в пять часов.

Окончание фразы я едва расслышал из-за закрывающихся створок лифтовых дверей. Но не это меня озадачило, и совсем не то, что от меня так бесцеремонно избавились.