"Чёрная "Волга"

– Да хоть на арбузы! Когда выберусь, ты у меня их вёдрами есть будешь!

Каким-то чудом ему удалось высвободить левую руку, о чём Филатов возвестил поистине злодейским хохотом. Серёга даже чуть телефон от неожиданности не выронил. Он схватил с пола свою сумку с ремнём через плечо и выбежал в прихожую. Дима же, орудуя единственной свободной рукой и скованными ногами, пополз вслед за другом.

– Стоять, ботан! – крикнул он вслед убегающему из квартиры соседу, захлопнувшему за собой входную дверь. 

Дима перестал ползти, устало перевернулся на спину и выдохнул: 

– Гавнюк.

***

На ходу закатывая рукава чуть мятой белой рубашки, Филатов скорым шагом вышел из подъезда. Его распирало от неимоверного желания прописать другу серию крепких тумаков. Завидев очкарика, он уже представлял, как плавно заносит руку, а затем резко бросает её в старый-добрый подзатыльник.

Сам же Серго, озаботившись своей безопасностью, сунул другу в руки аппетитную шаверму, пахнущую мясным филе в остром соусе, и стаканчик с дольче-латте. Про заготовленную экзекуцию тут же пришлось забыть – утробно урчащий желудок упрашивал скорее начать трапезу.

– Погнали, – быстро сказал Серёга, с довольной улыбкой дожёвывая свой сэндвич, – опаздываем.

Несколько минут торопливого шага, и друзья были уже у входа на станцию метро, укрытого подземным переходом.

– Ох мать моя… – чуть не поперхнувшись, выпалил Димон.

– Что там, не пойму? – говорил Серёга, поднявшись на носки и стараясь хоть что-то рассмотреть.

– Сейчас всё узнаем! 

Филатов набил рот остатками шавермы, деловито подтянул лямки рюкзака и направился прямиком в толпу, упрямо продираясь к центру событий.

Протиснувшись в первые ряды, он увидел несколько служебных машин с красно-синими проблесковыми маячками и десяток людей в форме. Двое санитаров ловко грузили в карету скорой помощи укрытые носилки, а у спуска в переход и по периметру оцепления дежурила полиция.

Где-то справа, совсем рядом, с одним из патрульных яростно собачился репортёр, всеми силами высасывая из пальца сенсацию и перевирая каждое слово бедного полицейского.