РЖАВЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ

А из‑под них, как из воды, со дна стали проступать черты лица самого Дениса.

Это было так страшно и так поразительно, что Денис точно заледенел возле зеркального стекла. Он вновь и вновь отчаянно вглядывался в свое, уже теперешнее отражение расширенными от ужаса глазами. Точно боялся, что стоит ему отойти, и тот, далекий, страшный, седой вновь выглянет из‑под его обличья и усмехнется вслед.

Мимо него веселой стайкой пробежали старшеклассницы и, не сговариваясь, прыснули дружным и веселым смехом.

Денис провел рукой по лбу, избавляясь от наваждения.

И в самом деле, наверное, вид мальчика, который крутится перед зеркалом вот уже пять минут и никак не может оторваться, мог показаться смешным и забавным кому угодно. И уж тем более — острым на язычок и глазок Светке и Жаннке, девчонкам из восьмого «А». А это были, как назло, именно они!

Хорошо хоть, что не его одноклассницы, с досадой подумал Денис и только теперь перевел дух. А иначе бы в родном классе ему совсем бы житья не стало от вечных девчачьих смешков и ехидных подначек.

Денис, разумеется, не видел, как из соседнего коридора, там, где были учительская, канцелярия и кабинет Розы Марленовны, директора школы, осторожно выглянула одна девочка. В отличие от Светки и Жаннки она совсем не смеялась, даже не улыбалась.

Девочка отлично видела всю сцену у зеркала, правда, за исключением самого главного — жуткого отражения Дениса. Из коридора ей можно было видеть только мальчика, застывшего перед зеркалом. Но то, как Денис смотрел на свое отражение, девочку очень удивило.

И насторожило.

Она была очень наблюдательной и проницательной девочкой, хотя, быть может, не все об этом и догадывались. И она сразу поняла: у этого мальчишки есть какая‑то тайна. И она каким‑то образом связана с зеркалом. Этим или каким‑нибудь другим. А, значит, все дело может быть именно в стекле и том, что там отражается.

Когда прозвенел звонок, Денис даже вздрогнул от неожиданности, мгновенно сбрасывая с себя последние остатки забытья. Ему смертельно захотелось ополоснуть лицо, смыть с себя следы этого наваждения.

И он заторопился к умывальнику. Денис чувствовал эти следы на лбу и щеках, как только что высохшие горькие слезы.

После этого девочка осторожно попятилась вглубь коридора и медленно пошла вдоль дверей кабинетов. Она знала, что позади нее осталась учительская, и их преподавательница математики никак не сможет опередить ее незамеченной.

Что же так удивило Дениса в зеркале, думала девочка.