РЖАВЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ

— «Гриппует, значит! А ведь Леся Кобзарина — одна из лучших учениц Травоведно‑Зверознатного лицея. И как лечить разные болезни без всяких там химических таблеток, а уж тем более грипп предупредить, наверное, знает почище многих взрослых докторов.

Надо это будет сегодня же прояснить».

То, что ему могла позвонить сама именинница и пригласить в гости, Денису и в голову не могло прийти. Не того полета он птица, чтобы сама Кристина... Вот если бы он был каким‑нибудь Подольским, у которого всегда денег много и личный шофер! Или на худой конец всезнайкой Уткиным!

И тут он крепко задумался.

Как же так? Ведь он, Денис Котик — ученик самого настоящего, удивительного и секретного Лицея волшебства и магии! Один из немногих в целой стране, в их городе, а уж в школе‑то — тем более. И вдруг почему‑то завидует своим одноклассникам, которые пока не видели в жизни и сотой части тех чудес и захватывающих приключений, которые выпали на его долю только за последние полгода! От этих мыслей Денису даже захотелось взглянуть на себя в зеркало.

Выбрав минутку, когда в фойе школы никого не было, он подошел к огромному зеркалу, что висело возле раздевалки, и быстро оглядел себя с ног до головы.

Ну, что, подумал он. Вроде не урод и не слабачок. Роста вполне нормального, выше среднего. Немного скромный, слегка мечтательный с виду, ну так ведь это не порок! Зато ведь не хам и не дурак!

Пусть не писаный красавец, но для мужчины, говорят, это и не главное — главное, чтобы умным был. Правда, на этот счет у Дениса пока еще не было полной уверенности, но, в конце концов, в такой Лицей дураков ведь не берут, верно?

И он даже подмигнул себе, весело тряхнув рыжими кудрями.

В следующее мгновение Денис застыл перед зеркалом с разинутым ртом. Со стены на него смотрело совсем другое отражение.

Это был человек лет сорока, в темных развевающихся одеждах, с резным посохом в руке. Волосы у человека были до плеч. Когда‑то они, наверное, были черными, но теперь стали наполовину седыми.

Или, если уж быть совсем точным, таким оно, наверное, могло бы стать лет через двадцать пять — тридцать. И это лицо усмехалось!

Несколько тягучих, бесконечных секунд ошеломленный мальчик не мог оторвать испуганных глаз от своего кошмарного отражения. Затем черты странного человека стали расплываться, таять.