РЖАВЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ

Убийца, видимо, обладал недюжинной силой и сноровкой: подкрасться в ночном лесу к обладавшему отменным чутьем песьеголовцу и одним движением свернуть ему шею мог только обладавший для этого специальными навыками.

— Я видел его несколько раз в стане собаколюдей, — хрипло сказал барон Густав. Его слуги согласно кивнули — убитый был им тоже известен.

Хруль тихо икнул. Со «зверюгами», как именовали этих существ многие хрули, он и прежде не имел никаких дел. А песьеголовцы в отместку прозывали хрулей презрительным словом «денежники».

— Язык‑За‑Зубами... — кивнул Маленький Мальчик. — Единственный приличный во всей этой своре...

Он на миг замялся, подбирая слово. К песьеголовцу равно не подходили ни «человек», ни «зверь». Чего в них было больше — людского или звериного, каждый в Архипелаге решал для себя сам. Берендей же в свое время сделал свой выбор.

Язык‑За‑Зубами был единственным из народа песьеголовцев, который водил дружбу с Берендеем Кузьмичом. Истоков этой дружбы не знал никто. Равно как никто из песьеголовцев и не подозревал, что среди них есть осведомитель волшебников с Буяна.

Но, зная природу и в особенности алчность этих существ, можно предположить, что Язык‑За‑Зубами попросту тайно служил Берендею за плату. Хоть собаколюди и обзывали хрулей «денежниками», но и сами были не чужды звонкой монеты. А волшебники с Буяна всегда знали, что происходит в стане песьеголовцев, в строгом секрете храня имя своего соглядатая.

Внезапно послышался громкий треск веток — кто‑то шел на поляну открыто, не таясь.

Вслед за ним появился и другой человек, закутанный в длинный и просторный плащ. Они подошли ближе и остановились возле порядком струхнувшего хруля.

— Ага, — крякнул старик. — Немного запоздали, стало быть! Ох, чуяло мое сердце, быть беде... А все Берендеюшка, его причуды... Не мог поручить кому посмышленей, да и чтоб без бахвальства ихнего, собачьего.

Он кивнул волкам, и те тоже признали старика, наклонили большие лобастые головы в знак приветствия.

— Егорий Ильич! — поздоровался Маленький Мальчик. — И вы сюда?

— Медленно поспешаем, — вздохнул потомок муромского богатыря. — Стар становлюсь, что ли? Умом немощен? Э‑хе‑хе‑ххх...

Он оглядел недвижное тело, тихонько присвистнул.

— Крепкая рука поработала. И ум хладный, видать, у этого ворога.