Отражение сна

А может, лучше распахнуть дверь, промчаться по затхлым коридорам так быстро, как будто за ней гонятся все демоны ада, выбраться к людям и позвать на помощь?..

Дверь бесшумно приоткрылась. Ошь дёрнул Марину в сторону, она и сама была готова отпрыгнуть и обороняться... но разглядела в полумраке знакомое лицо. И знакомую руку, поманившую её в коридор.

— Это — в рот каждому сноходцу. Каждому! По одному зёрнышку. Это — метни в кошмара, когда закончишь, — Кева была быстра и напориста, как бабушка, впихивающая внучке гостинцы.

Откуда она здесь только взялась?! И куда пропала раньше?

Но бывает время задавать вопросы — и бывает время действовать. Кева, похоже, знала что делала. И по её сигналу они одновременно вбежали в зал.

Чем занялась Кева дальше, Марина не видела: вся сосредоточилась на задаче. В кулаке у неё были зажаты какие-то мелкие колкие зёрна — ну что ж, чем меньше, тем удобнее. Главное, не рассыпать.

На шее болталось что-то вроде маленькой плетёной сумки. Когда Кева накинула на Марину ремень этой сумки, Ошь отшатнулся.

И до сих пор держался в стороне, на расстоянии четырёх-пяти шагов от Марины. От плетёной сумки на тонком ремешке. ...да что ж там внутри такое-то?

Князь Баалормор был зажат в тиски: с одной стороны его атаковал Алекс-«богатырь», с другой — Кева. Два опытных охотника на кошмаров, только один привык сражаться с ними во сне, а другая — наяву. Один рубил мечом, а другая оплетала тонкими, но удивительно прочными нитями.

Казалось, монстру — обожжённому, застигнутому врасплох, лишённому поддержки — не выстоять.

Но князя Баалормора недаром боялись и сноходцы, и кошмары. Поняв, что ему надо не просто отмахиваться от назойливой помехи, а всерьёз защищать свою жизнь, он не разозлился — он пришёл в бешенство.

Теперь Марина не глядела на князя Баалормора не только потому что была занята сниманием-надеванием кислородных масок и раздачей зёрнышек, но и потому что ей было страшно. Даже Ошь переборол свою неприязнь к таинственной сумке и из двух зол выбрал меньшее — снова следовал за Мариной как тень.

Прохладный воздух подземелья изменился: он рассекался резкими движениями, расходился плотными волнами, полнился звуками и жаром битвы.

Неприятно находиться рядом с тем, кто тебя недолюбливает. Почти невыносимо находиться рядом с тем, кто тебя ненавидит. А князь Баалормор был воплощённой ненавистью. Им двигало единственное желание — убить. Уничтожить тех, кто посмел ему помешать; допить последние капли жизни из тех, кто не оправдал его ожидания.