Новый Год плюс Бесконечность

Она уткнулась лицом в пол, ничего не чувствуя, не зная и не понимая, и в глазах ее тихо стыл смертельный ужас, точно переселившийся в них из глаз арлекина.

Спустя два часа человек поднялся с кровати. Надев мягкие домашние туфли, те самые, с пуховыми помпонами, он прошагал в угол комнаты и легко подхватил куклу. Щелкунчик безвольно повис в его руке и легко сложился пополам, точно за минувшее время кукла напрочь утратила прочность всех членов. Человек злобно усмехнулся и осторожно приоткрыл дверь.

В дальнем конце на стенах и у подножия ели горело несколько свечей. При их мерцании лицо Пьера, сидящего в кресле-качалке под елкой, казалось сотканным из света и теней. Это бросали причудливые отсветы и разноцветные блики стеклянные игрушки и обернутые в блестящую фольгу сласти, что тихо покачивались на колючих ветвях под восходящим свечным теплом. Только когда человек с куклой в руках подошел к ели, Пьер поднял голову.

— Не спится, сударь? — тихо сказал он и покачал головой. — Я вот тоже что-то никак не могу забыться. Тяжесть какая-то на сердце. А вы, я смотрю, все-таки добыли этого уродца?

Тот с кривой усмешкой прислонил щелкунчика к большой коробке с ватой, блестками и прочей мишурой, что покоилась под елкой для постоянного пополнения этого быстро исчезающего товара.

— Наверное, мне покоя не дает печальная судьба Арчи, — кивнул слуга. — Вот и вы, хозяин, впервые назвали меня «добрым Пьером».

— Да, это правда, — прикусил язык «баронет». — И знаешь, мой... Одним словом, не кажется ли тебе, Пьер, что корень зла, сыгравшего с несчастным Арчи столь ужасную шутку, кроется именно здесь? В этой пустой голове?

Он шевельнул ногой щелкунчика, отчего у того тут же подогнулись колени, и кукла сползла на пол. Голова ее перевесилась вниз, и деревянный кавалерийский кивер с коротким султаном глухо стукнул об пол.

— Без сомнения, — ответствовал слуга, сумрачно глянув на щелкунчика. Затем Пьер наклонился и усадил его обратно под елку возле пустой ватной коробки.

— Кукла определенно связана с тем злом, которое низошло на Арчибальда. И оно живо по-прежнему. И торжествует, глядя, как несчастный Арчи качается на ветке.

Пьер внимательно посмотрел на «баронета», так что существу, притаившемуся в его обличии, на миг даже стало не по себе.