Новый Год плюс Бесконечность

Но он тут же отбросил эту невероятную мысль и только в страхе смотрел, как щелкунчик подбирается к его кровати, чуть покачиваясь на непослушных и негнущихся ногах. Застывший оскал деревянной куклы в полутьме комнаты показался баронету ужасной улыбкой. В ней сквозила злоба и неприкрытое торжество.

В смятении молодой человек принялся озираться по сторонам в поисках любого предмета, которым можно было бы защититься от дьявольского наваждения. Первым делом он хотел позвать на помощь — тут уж не до гордости! Но баронет совсем забыл, что Пьер вызвался всю ночь дежурить возле елки, рядом с несчастным Арчи.

Только книга да еще домашние туфли с казавшимися сейчас такими жалкими и глупыми пуховыми помпонами могли послужить ему метательными орудиями.

Но даже туфли были вне досягаемости, поскольку кровать была очень высока. К тому же страх, жуткий и липкий, как предрассветный пот у тяжелобольного, сковал движения молодого человека, сделав волю бессильной, а члены ватными, точно напрочь лишенными костей.

Щелкунчик между тем уже добрался до постели баронета и влажно и проницательно взглянул на него снизу вверх.

— Ты... кто? — только и смог пролепетать баронет. Хотя ответ на его сдавленный вопрос был и без того очевиден.

Кукла повела холодным взглядом, точно разрезала Вадима пополам острым и ледяным, а оттого пока еще нечувствительным стальным полотном. И ничего не ответила.

Тогда молодой человек схватил толстый том, который он безуспешно принимался читать вечером перед сном, и замахнулся на жуткого пришельца.

Щелкунчик тихо клацнул челюстями, которые из-за поломки издали нестройный двойной звук, и скрипуче проговорил:

— Пустые хлопоты. Глупые мысли. Смешной человек.

— Ты говоришь? — в величайшем изумлении воскликнул баронет. Положительно, в этом доме куклы вели себя совсем иначе, нежели во всем остальном, некогда привычном и понятном Вадиму мире!

— Глухой человек, — сообщила ему кукла. — И слепой.

И тут догадка озарила баронета. Он отодвинулся от края кровати к самой спинке и в замешательстве пробормотал:

— Так это ты? Ты заколдовал Арчи?

— Хороший слуга.

Но неосторожный, — проскрипел щелкунчик. — Он останется на елке. Будет развлекать госпожу.

— Чего тебе нужно? — прошептал баронет, хотя ему казалось, что он беззвучно кричит.

— Тебя, — просто и лаконично ответила кукла. — Ты смущаешь госпожу. Беспокоишь ее. Но теперь все кончится. Все изменится. Я так хочу.

И неожиданно, хоть и неловко, он вспрыгнул на кровать и остановился в ногах баронета.