Цикл Вечности III: Пожиратель

– Как пожелаешь, – безразлично ответил мой собеседник, и я тут же провалился во тьму.

–

Мой противник будто бы прослушал команду учёного и лишь безэмоционально смотрел на меня, слегка покачиваясь взад-вперёд. Я попробовал использовать Осязание Энергии, но внутри парня со сломанной рукой не разглядел ничего выразительного.

– Смельчак, – обратился я к нему, чуть склонив голову набок. – Может быть, ты просто сойдёшь с платформы? Иначе ты скорее всего умрёшь.

– Смельчак? – удивлённо переспросил мой противник, будто взбодрившись после дремоты.

– Сражайтесь уже, вы двое! – воскликнул учёный, недовольно взмахнув рукой. – Иначе вам…

Я создал вокруг платформы толстый куполообразный барьер, через который не проникали даже звуки. Учёный продолжал возмущённо жестикулировать, что-то говоря в нашу сторону, но мы его уже не слышали.

– Потому что ты всё ещё здесь, – ответил я на вопрос своего оппонента. – Ты не испугался навлечь на себя гнев ректорши, хотя я счёл это простой глупостью с твоей стороны.

– Меня зовут Нур, вообще-то, – произнёс парень с лёгкой иронией в голосе, а затем усмехнулся. – Я не могу сдаться, ведь мне нужно тебя победить.

– А может быть, ты и вправду не очень умён. У тебя же попросту нет шансов в этом бою.

– Плевать! Как-нибудь справлюсь с тобой. Придумаю, как мне тебя одолеть.

Я с сомнением посмотрел на сломанную руку оппонента. Она немного посинела, и припухла. Нуру с такой травмой следовало бы поскорее получить медицинскую помощь, а не геройствовать тут.

– Почему ты так самоотверженно желаешь меня победить? – поинтересовался я у Смельчака, скрестив руки на груди.

– Я должен как можно скорее стать бравым защитником империи, чтобы мои родители смогли выбраться из долгов. Последние деньги они потратили на то, чтобы я оказался здесь и открыл для себя путь к иной жизни, и я не могу им не отплатить за это.

Этот ответ меня сильно удивил: вот уж не ожидал, что в столице империи есть такие люди. А я думал, этот город полностью прогнил. Каждое слово и каждое действие Нура противоречит всему тому, чему меня учил Нилиад. Приёмный отец наставлял видеть разницу между отвагой и безрассудством, а также смотреть на вещи с горячим сердцем, но холодной головой.