Прогулки по крышам

— Вот этого-то я и боялась! Агатка, ты понимаешь, что я люблю тебя такой, какая ты есть? Ты — единственное, что у меня вообще осталось! Ты мне веришь?

— Угу, — подавленно сказала Агата. А разве не радовалась бы бабушка еще больше, если б Агата пошла в нее? Или в маму?

— А Слухач?.. — начала она. Бабушка перебила:

— Забудь! Пока я жива, к Слухачу ты не пойдешь. Ты не представляешь, что это такое, и слава богу! Это до такой степени дико, незаконно и... ненужно, что даже Келдыш это понимает. Или поймет со временем.

— А он... и вправду может как-то помешать нам жить?

Бабушка ответила не сразу:

— Он... очень изменился, Агата. Вполне возможно, что нам предстоит нелегкое время. Но нас — двое, мы вместе, и это — самое главное.

Келдыш появился у них почти через две недели. До этого Агата видела его только на уроках, где он не обращал на нее никакого внимания. Агата, впрочем, от этого не страдала.

Дверь открыла бабушка. Когда Агата выглянула из своей комнаты, она молча отступала перед входящим в дом Келдышем.

— Здравствуйте, Лидия, — сказал он негромко.

— Вы без звонка.

— И без доклада, — добавил Келдыш, быстро провел обеими руками по раскрасневшемуся от ветра и дождя лицу. Поверх головы бабушки взглянул на Агату.

— Добрый вечер, — пробормотала та. Келдыш коротко кивнул.

— Я пришел, как обещал. Будем разговаривать прямо здесь?

— Словно вас это смущает! — буркнула бабушка. — Проходите. И ты, Агата.

Агата подумала было переодеться — наверное, неправильно встречать учителя в длинном свитере, трико и носках, но взглянула на бабушку и передумала.

Они снова расселись в гостиной — Лидия в своем кресле, как на троне, Келдыш у стола, Агата в этот раз приткнулась рядом с бабушкой.

Келдыш положил на стол какую-то карточку.

— Я принес разрешение, Лидия.

Агата вытянула шею, чтобы рассмотреть, и взгляд Келдыша остановился на ней.

— Я ваш куратор, Мортимер.

— Что?

— Я сказал, — повторил Келдыш отчетливей, точно смысл от этого становился яснее, — теперь я ваш куратор.

Какой?..

— А что это значит?

— Это значит, что, наряду с вашим официальным опекуном Лидией Мортимер, я имею право и обязанность участвовать в вашем воспитании, образовании и вообще в вашей дальнейшей судьбе.

Жили они столько лет безо всякого куратора... Агата вдруг ужаснулась:

— Как... судьбе? Всю жизнь?

Келдыш улыбнулся. Получилось это у него очень неприятно. Прямо как у добродушного вампира.

— Если потребуется.