Гонитель 2

Слушали лёгкий джаз, курили крепкие сигареты и молчали каждый о своём.

Потом его как прорвало – словно заевшая пластинка, Шольц нескончаемо твердил о пытках и побоях. Количество нанесённых ему ударов, между прочим, увеличивалось с каждым разом. А под конец, когда глаза его увлажнились, а губы задрожали, я лишь промычал банальное «извини» и опустил глаза в пол. И тут он удивил – вместо того, чтобы и дальше подпитывать моё чувство вины новыми подробностями, опустил руку мне на плечо и твёрдым голосом сказал: «Хочу знать всё о демонах и охотниках.

Рассказывай».

И я рассказал. Всё, что знал на тот момент. Потом подошла Маришка, добавив немало интересного, и даже Карлос внёс свою лепту – в основном похабными анекдотами, но и то неплохо.

Славка впитывал, как губка – глаза его то расширялись от удивления, то прищуривались в недоверии, а очки с носа сползали каждые полминуты. Просидели мы тогда до утра и продолжали пить ещё пару дней, пока Маришка лично не вышвырнула Шольца на улицу, предварительно вызвав ему такси.

Заботливая она у меня.

А ещё через неделю, прерывая успевшее уже опостылеть мне обучение, в подвал вбежал Шольц, тыча пальцем в исписанную бумажку и повторяя о пришедшей ему идее.

- Никита! Я стану богатым! – пританцовывал он на месте, светясь, как лампочка Ильича, - И тебе-то говорю, только потому, что уже заключил предварительное соглашение с иезуитами Делиться ни с кем не буду! Ошибку Цукерберга не повторю.

- Вот за что ценю нашу с тобой дружбу – ничего нам друг для друга не жалко.

Последнюю рубаху на двоих будем делить, но не променяем доверие на деньги.

- Вот-вот! И я о том же, - закивал он, - дружба дружбой, а деньги – врозь. Но ты сперва послушай – ещё пожалеешь, что дружишь со мной.

- Да я уже… - начал я, но тут же был прерван словесным шквалом Славки.

Идея его оказаласьуникально проста и гениальна. Переварив тонны полученной информации и побывав в подвальном помещении налоговой инспекции, Шольц обратил особое внимание на мониторы с изображениями преследуемых демонов.

Ему показалось, что передавать информацию о преступниках подобным образом - «глупый анахронизм». В век мессенджеров и социальных сетей смотреть на мониторы вместо мобильных телефонов – неразумно и, что он выделил особо, немодно. В ответ он выслушал лекцию о том, как тщательно орден, охотники и демоны хранят тайну своего существования, а в интернете хранить секреты практически невозможно.