Папины заботы

Поковыряв пальцем поверхность металла, я покрутил вещь туда-сюда и обратил внимание, что она абсолютно, вот прямо совсем-совсем, не бликует на солнце и даже наоборот будто впитывает своей бархатистой гладкостью лучики света. Но чего я действительно не мог взять в толк, так это где замочек, что крепит ошейник к шее?

- Кто это вам такой королевский подарок сделал? – спросил вдруг Балдох почесав грудь.

Ноги старого солдата болтались в полуметре от земли раскачиваясь в такт движущейся повозке. Рубаха на говорившем была расстёгнута открывая взору многочисленные татушки.

- Серый страж подарил, что с визитом приезжал, - ответил я, зная, что Балдоху можно довериться. – Сказал, что без этой штуки я не обойдусь, а почему не пояснил. Знаешь, что это?

- Конечно знаю, Полковник. Это гнузень. Целое состояние стоит.

- Почему? – спросил я, подумав, что с виду ничего такого в предмете нет.

Жилистая сильная рука ветерана коснулась шеи.

- Потому что заставляет человека, на которого его надели, искренне и наилучшим образом выполнять желания хозяина.

Алиска перестала петь весёлую песенку про девчушку, собирающую васильки на лугу на могилку своему обидчику и прислушалась к нашему разговору.

- Говоришь целое состояние стоит? – взгляд мой нашёл глаза старого солдата. - Кто же тебя так ценил?

- Да не ценил. А наслаждался тем, что я выполняю любое его желание, - произнёс Балдох и при воспоминании о сказанном желваки на его скулах заходили ходуном.

- А как он работает?

- Да просто.

- И всё?

- И всё.

- А замочек где? – вытянул я гнузень в руке.

- Нет никакого замочка. Безразмерная вещь. Волшебная. Сама на шею запрыгнет и держатся будет, но так что снять без разрешения можно только с головой.

Я ещё раз оглядел ошейник и хмыкнул себе под нос. И зачем он мне? Впрочем, посмотрим может на что и сгодится.

- Очень-очень сильная магия, - Алиска из седла моей лошадки смотрела на нас сверху.

- Тёмная?

- Нет, - помотала головой девчонка. - Просто магия. А вот как её будут использовать это вопрос.

Морщинки на лбу моей приёмной дочери сложились в раскинувшую ветки берёзку и чуть помолчав она добавила:

- Пап, надеюсь это не для меня? Я уже вполне могу себя контролировать. Ты же сам проверял.

Улыбнувшись я покачал головой как бы давая понять Алиске, что она говорит глупости.