Папины заботы

Профессор Виардо пытается найти нас при помощи магии, установить голосовую или визуальную связь, но пока ничего не получается.

- Потому что чертовски далеко.

- Наверное, - осторожно разгладил пальцами лист бумаги исписанный мелким почерком дочери я. - Ларингит жалуется, что тот только напрасно тратит наши деньги на всякие артефакты и зелья.

- Виардо тебя любит, так что вряд ли делает это специально, - на смену сломавшейся зубочистке пришла другая. – Хотя человек он увлекающийся и клефт мыслит в верном направлении.

Слышал байку, что как-то старик поспорил с одной ведьмой на кругленькую сумму, что вылечит одного дворянина из свиты покойного Ферапонта II. Была у того какая-то редкая болезнь из-за которой рога на лбу вылезли.

- И как?

- Как-как… в погоне за наградой и славой (хотя Виардо говорил, что «только ради чистоты эксперимента») горе-лекари истратили кучу монет на компоненты для экзотических зелий, артефакты, амулеты, а рога где были там и остались. В конце концов дворянину надоело быть подопытной свинкой, и он выставил обоих за порог особняка добившись у короля запрета для них посещать Горланд пока он жив.

Посмеявшись мы вспомнили старину Корнелиуса и на сердце обоих стало легче.

- Сашка попытался сбежать из дома искать папу, - закончил я читать письмо свернув трубочкой листок плотной бумаги доставленной нам лоркиным. – Везде таскался за Палычем ожидая момент перехода, но видать всё зря.

Некоторое время мы с орком сидели молча прислушиваясь к треску костра и наблюдая за сгоравшими в пламени светлячками несмотря ни на что настырно лезущими в огонь.

Гоблины (которых я прозвал Худой и Толстые щёчки, ибо выговорить их настоящие имена не было никаких сил – Игррэхай Рурнааду… Рукнааду… нет, хватит с меня!) Элма и Элли уже спали. Мягколапый вызвался нести дозор. Дисциплину в отряде я поддерживал на уровне.

- Как ты умудряешься не волноваться? – нарушил молчание орк.

- Я волнуюсь, - слова мои слились с лопнувшим в огне полешком.

- А совсем не заметно.

На самом деле лично у меня это получилось без значительных усилий,ибо беспокойства и лишние нервы только снижают эффективность и увеличивают шанс на провал операции.

Я будто снова был на опасном задании, а о безнадёжности нашего положения предпочитал пока не думать.

За неделю мы основательно излазили мёртвый город и окрестности, но ничего интересного не нашли. Даже подробный план составили. Затем несколько дней я посвятил обследованию пещер где мы потерпели аварию.