Папины заботы

Очередной зажатый в руке нож вылетел из его пальцев (на которых, кстати, никаких колец не было) запрыгав по полу, и противник, зашипев от боли, прижал повреждённую конечность к груди. Перелом с гарантией.

- Сдавайся. Обещаю жизнь! – с улыбкой произнёс я, подмигнув дочери заходившей за спину клеврета. Конечно это был обман, и он тоже это понял. Беззвучно молнией ринувшись в самоубийственную атаку.

Однорукий противник и не противник вовсе. Перебросив через себя клеврета, я отправил его кубарем вниз по лестнице.

Раздавшийся снизу взрыв больно ударил по барабанным перепонкам, а облако пыли и размельчённого в щепки дерева заставило меня покашлять в кулак.

Кхе! Кхе!

Отряхнув пыль с плеча фрака (знаете, как это делал в кино мистер Бонд) я посмотрел на лужу крови у ног, обезглавленное туловище убитого Алисой клеврета, и вынув из стены метательный нож, произнёс:

- Забери «Гриферы» из сейфа. Уходим.

* * *

Дождь хлестал так, что буквально в трёх шагах от нас ничего не было видно. Шлёпая по лужам, мы бросились к уличному фонарю, под которым и замерла наша повозка.

Запрыгнув с Алисой внутрь фургона, мы застали внутри схватку. Порвавший верёвки Гутцайд сумел вырубить замершего в углу шишимора и только вцепившиеся в него мёртвой хваткой гномы и сжимавший ручками шею клефт не давали ему покинуть повозку. Нет, они конечно могли с ним справится, убив, но команды такой не поступало.

Мой удар увесистым томиком «Подробной карты города Сент-Олдена» прямо в лоб, заставил Гутцайда потерять сознание.

- Извини командир, но он резвый! – бросился сразу объяснять произошедшее Че. – У него в рукаве тонкая-тонкая бритва была. Одежду прощупали, но не нашли.

Пилли, слизнув языком с пореза на запястье кровь, просто пожал плечами и улыбнулся, напомнив мне отца.

Лично, ещё раз обыскав пленника (заглянул ему даже в труселя), я, покачиваясь в несущемся по городу фургоне наблюдал за раскладывающей под лавочкой оружие перемазанной кровью Алисой и думал о том, что похищение пошло не по плану.

Нашумели, наследили. Коллеги этого гада нам этого не простят. Семь «Гриферов» это семь клевретов. Допустим двоих мы убили, старшего офицера взяли в плен. Но четверо то осталось. Это много. Вон они какие шустрые. А нас мало, мы не готовы, да и не знаем ни черта.

Прощупав пульс на шее Гутцайда и убедившись что-тот ещё живой, я смахнул с бровей капли дождевой воды и повернувшись к гномам произнёс:

- Повезём его через портал, домой.