Череп для леопарда

Из кареты вышли трое – первым появился высокий поджарый спортивного, сухощавого сложения мужчина лет тридцати-тридцати пяти, одетый по последней моде, затем, опершись на его руку, показалась молодая женщина с бледным лицом. Спина и плечи мужчины почти скрыли от наблюдателя женщину. Он успел заметить только, что она молода, в меру привлекательна, но выражение ее бледного лица было каким-то странным. Он не успел его рассмотреть, хотя обычно подмечал все детали с лету. Она была в трауре, но не глубоком, как будто умер ее дальний родственник, либо если близкого человека она потеряла больше полугода тому назад.

Положив затянутую в перчатку руку на локоть своего спутника, она подняла голову, озирая дом номер семь.

Они о чем-то переговорили. Наблюдатель не мог прочесть их слова по губам – пара стояла почти спиной к нему – а уличный шум скрадывал их слова. Мужчина что-то спросил. Женщина ответила. Это было понятно по их интонациям. Но больше он не смог ничего узнать – к парочке присоединился констебль. Кивнул дежурившему у крыльца напарнику и вместе с ними поднялся на крыльцо.

Тут наблюдатель почувствовал, что его непочтительно дергают за полу пальто. Он обернулся – давешний карманник, держа одну руку на весу, другой теребил его за одежду:

- Мистер, а мистер?

- Пошел вон, - он подумал, что «исчезнуть» для этого мальчишки ему будет трудно. Паренек должен хоть на миг отвлечься, а не пялиться на него во все глаза.

- Мистер, вы следите за этим домом, да?

- Не твое дело. Пошел вон!

- Там вчера ночью такое было… - видимо, у мальчишки была какая-то особая форма глухоты, раз он не понимал некоторых слов.

– Шум, гам, грохот, крики… Все соседи на ноги встали.

- Я что тебе сказал? Сгинь!

- Там зверя видели! – глаза мальчишки горели от возбуждения. – Говорят, сквайр Этвуд, который там жил, привез откуда-то дикого лепёрда и держал его в подвале. А как старый сквайр Этвуд преставился, зверя больше никто не кормил, он взбесился, выбрался из подвала и все внутри разнес. А потом сбежал и…

- Убирайся вон! – мужчина сжал кулаки.

Этот мальчишка отвлекал его от главного – от людей, которые скрылись в доме. У крыльца остался только дежурный полисмен. Он следил, чтобы никто не подошел близко. Нет, справиться с этим человеком он мог играючи. Но только ночью. А сейчас день.

Он отвернулся, глядя на дом. Значит «дикий лепёрд», то есть, леопард? Ну… в чем-то они правы. Старый колдун свое дело знал.

{Грохот тамтамов. Ритмичное уханье и крики. Топот ног и гудение труб.