Дамианова бездна

Начальник досадливо крякнул и ответил жёстко:

— Понимаешь, Горя, ты просто мясо.

— Даже так?

— Тебе ведь тридцать пять лет. Для твоего рода занятий — это закатный возраст. К твоим годам человек либо чего-то добивается в нашей профессии, либо проваливает к чертям, чтобы не мешать молодым… Ты так и не стал тактиком. Тебе нельзя доверить планирование операции. Ну нет у тебя аналитического ума. Не полководец ты, даже в наших крохотных масштабах.

— Видать, зря у меня золотая медаль и красный диплом, — вздохнул майор.

— Зачем же ты тогда меня, дурака, в отряде держишь?

— Сам знаешь. Видел тот плакат в коридоре?

— Стрелковые аксиомы управления «А»? — предположил Евсеев.

— Да, — кивнул командир. — Они как под тебя написаны. Все свои недостатки ты компенсируешь меткой стрельбой. Сколько раз было — парни ещё дёрнуться не успели, а Горыныч уже всех убил?

— Так в чём проблема? Я слишком хорош?

— Это не может продолжаться вечно, майор, — покачал головой собеседник. — Смысл жизни — в обновлении поколений.

С возрастом мы слабеем, чтобы уступить дорогу молодняку. Дать им шанс проявиться себя и занять своё место в жизни — место, которое мы им уступим… Ты чувствуешь, Горыныч, как напирает молодёжь, толкает в спину, дышит в затылок? Они решительнее, быстрее, сильнее…

— Стреляют хуже, — в тон добавил Гордей, но полковника это не смутило:

— Пока хуже. Пока. Когда возраст возьмёт своё и ты обзаведёшься брюшком и отдышкой, поверь мне — тебе уже нечего будет им противопоставить. Поэтому ты должен был заранее продумать для себя будущее, и осмысленно к нему готовиться… Куда ты пойдёшь? К штабной работе ты не годен.

В командиры — тоже. В консультанты опять же нет.

— Как насчёт инструктора по стрельбе? — спросил Евсеев. — Или инструктора по горно-высотной подготовке, знакомого со спецификой пещерного альпинизма?

— Ты отлично стреляешь, не устану повторять. Но я сильно сомневаюсь, чтобы ты был хорошим педагогом и смог передать свой талант ученикам. Пока что никто из тех, с кем ты занимался, не стреляет так же хорошо, как ты.

— У тебя есть претензии к уровню их стрелковой подготовки? — жёстко поставил вопрос майор.

— Они стреляют на общем крепком уровне… — признал Баребяка. — Однако, если меня спросят, перебьётся ли управление без инструктора Евсеева, я отвечу честно — перебьётся.

— Если меня спросят про тебя, как про командира, я отвечу то же самое, — огрызнулся Гордей.

— Вот тебя как раз никто спрашивать и не будет, — осадил его полковник.