Гонитель

Желая тут же закрепить успех, изо всех оставшихся сил я принялся давить на жердь до упора. Отдышавшись с полминуты и стараясь не глядеть на израненную ногу, я посмотрел на притихшего волка — из его правой глазницы торчала палка, по которой стекали мутноватая слизь и кровь.

Корчась от пульсирующей боли, я разжал тяжелые челюсти зверюги и, помня о преследующих меня агрессорах, поднялся на ноги, чтобы продолжить путь. Вернее, попытался подняться: ступня беспомощно волочилась по песку, оставляя густой кровяной след. Отныне даже малой надежды оторваться от преследования не было.

Опершись о дрын, служивший мне теперь костылем, я апатично разглядывал черное небо. Даже странно: ни облачка, а звезд нет. Будто неведомый художник, в второпях намалевав луну, начисто забыл про остальное. Зато светит круглобокая достаточно ярко, чтобы разглядеть второго волка, возбужденно размахивающего хвостом, а рядом с ним — лысика в черном. Нашли меня даже быстрее, чем я думал, — и минуты не прошло.

— Что, один с калекой не справишься? — ухмыльнувшись, спросил я.

Палач явно не был настроен на разговор, да и на честный бой — тоже. Жаль, не прокатила моя детская провокация. Он лишь молча указал пальцем, и зверь сейчас же ринулся в мою сторону. Повалил наземь, встал передними лапами на грудь, прижав к земле, и застыл, будто ожидая команды. Шурша лакированными ботинками по песку, подошел лысый и с неизменным льдом в глазах принялся меня душить. Без угроз, вопросов или хотя бы предварительного членовредительства. Не то чтобы я сильно на это рассчитывал, но если альтернативой служит немедленная смерть, то, как было сказано в одном известном кинофильме, лучше, конечно, помучиться.

В этот момент я разжал ладонь, до того отчаянно сжимавшую палку. Почему-то стало всё равно. Я почувствовал дикую усталость от бесконечной гонки, в которой оказался. Это всё — не для меня. Я обычный менеджер, городской житель без особых запросов и амбиций. Сколько можно сопротивляться? Ведь если весь мир поставил себе цель меня уничтожить — так тому и быть.

Почувствовал, как язык вывалился изо рта, в голове бил набат, а глаза грозили выпасть из орбит. Но мне было плевать. Я даже попытался криво ухмыльнуться, как вдруг ощутил в руке что-то странное — шершавое, прохладное, словно прилипшее к ладони. Без раздумий я ударил палача в шею — и лишь теперь разглядел горящий черным пламенем нож, торчавший прямо из его сонной артерии. Метко, черт возьми, хоть и случайно.