Гонитель

Внезапно инкуб замер и поднял руку, призывая остановиться. Обернувшись к юноше, он приложил палец к губам, показал куда-то в сторону, затем опустился на землю и по-пластунски пополз к ближайшему неглубокому оврагу с торчавшими из песчаного обрыва корнями. Гоша с точностью повторил движения демона, стараясь не дышать, хотя и не понимал причины беспокойства.

Через некоторое время послышались голоса людей. В последнем Гоша, правда, не был уверен: так близко от покровителя Никифора можно встретить и демонов. Впрочем, с тем же успехом незнакомцами могли оказаться и безобидные грибники.

— Мероприятие намечается нешуточное, раз сам praepositus изволил явиться.

— Не о том ты думаешь, брат. Наше дело — искать молокососа. За праздными разговорами можем упустить…

— Расслабься, брат. Весь лес обыскивается силами Ордена, даже милицию подключили. Никуда наш юннат не денется.

— Брат Герман говорит, что малец не так прост, как может показаться.

— Мнение Германа ничем не лучше нашего. Вот ежели поставят его над нами командовать — тогда и будем прислушиваться…

Голоса слишком отдалились, и Георгий уже не мог разобрать слов, хотя ему и хотелось бы узнать, чем закончится разговор.

— Не нравится мне всё это, — прошептал Никифор, тихонько поднимаясь с земли и отряхивая джинсы от песка.

— Почему иезуиты свободно ходят возле обиталища твоего патрона, Никифор?

— Хотел бы я знать, — несколько растерянно ответил тот, возобновляя шаг.

Георгий всё меньше понимал, что их ждет в конце, и оттого волнение нарастало. Неприятно кольнул и тот факт, что он всё же не ошибался: в Ордене его называют молокососом. Не то чтобы он не был согласен, но его еще родители учили, что обзываться — плохо. А просвещенным членам древнего ордена почему-то никто подобных вещей не привил.

Чтобы отвлечься от невеселых мыслей, Гоша принялся придумывать обидные клички иезуитам… но не успел даже начать, как из-за старой корявой сосны вышел высокий бритоголовый человек в черном костюме с рыбьими, мутноватыми глазами.

— Привет, Никифор, — обратился он к инкубу с каменным лицом. — Вижу, ты привел мальчишку. Славно. Можешь передать его мне, я доставлю посылку шефу.

— Конечно, Богдан, — инкуб словно уменьшился в росте, заискивающе помахал рукой и отошел в сторону. — Берёг как зеницу ока — вел самыми безопасными путями.